Шрифт:
Едва он вошел, с широкой кровати Кошарского поднялась Юлька. Взглянув Егору в лицо, она грустно усмехнулась:
– На тебя смотреть страшно. Плюнь. Плюнь, забудь.
– На кого плюнуть? На тебя?
– И на меня тоже.
Она подошла, погладила Егора по щеке, отвела назад упавшую на глаза челку
и неожиданно обняла Егора за шею. Он машинально спрятал лицо в ее рассыпавшихся
по плечам каштановых волосах. Она, несомненно, понимала, насколько Егору было
тошно. Ведь она всегда могла понять его, когда еще была ЕГО Юлькой.
– Когда-нибудь это должно было случиться. Не придавай этому значения...
Не забывай два первейших жизненных правила, которых всегда придерживаются мудрые люди. Первое: не огорчаться по пустякам. И второе: все - пустяки...
– Отличные правила. Что за мудрец их тебе поведал?
– Андрей. Он мастер на всякие мудрости.
При упоминании о Вербине Егор вернулся к действительности и скинул со своих плеч ее красивые нежные руки, за которые совсем недавно готов был пойти на многое.
– Как тебя зовут нынче?
– усмехнулся он.
– Юлька или Елена?
Она пожала плечами. Чужая, серьезная, холодная, ставшая старше прежнего огнеопасного чертенка лет на десять...
– Юлькой звали моего отца, - нехотя пояснила она.
– А я - Елена Юлиевна.
Она отошла к двери, осторожно прильнула к щели, оставленной Егором:
– Пока внизу все тихо... Еще, не дай Бог, трехсторонний договор заключат, - неприязненно фыркнула она, прислушиваясь.
– Ничего не понимаю... Этот хмырь едва не убил Родьку, а он собирается с ним о чем-то разговаривать!..
– шепотом возмутился Егор, и был облит женским презрением:
– Егорушка, ты слишком многого так и не понял... Твоему братцу
надо отдать должное: голова у него варит. Если он пошел на этот разговор,
значит, он что-то рассчитал и действует по своему плану. Только план
этот не всех устраивает...
Она подошла к высокой громоздкой бельевой тумбе и, выдвинув до отказа нижний ящик, присела перед ним на корточки.
На пол полетели разномастные мужские носки и носовые платки. Юлька запустила руку глубоко внутрь. Оттуда выдвинулся еще один маленький ящичек, в ложементе которого лежал небольшой черненый револьвер.
– Любимая игрушечка моего супруга, - с усмешкой заявила Юлька, извлекая оружие из тайничка.
– Знаешь, Егор, ты не единственный большой ребенок на свете... Практически все мужики так никогда и не вырастают. Выбросили свои деревянные кубики, пластмассовые пистолетики, грузовички игрушечные и думают, что повзрослели... А сами норовят непременно выстроить дворец из больших кирпичных кубиков. Мужик без машины мужиком уже не считается. А кто уж совсем крутой, в такие игрушки играет...
– Юлька привычным движением откинула барабан, убедилась, что он полон, защелкнула его назад, посмотрела на Егора и добавила со злостью.
– И точно так же, как мальчишки мучают кошек, взрослые мужики готовы издеваться над всеми подряд...
– Откуда столько ненависти к мужчинам?
– Побываешь в руках - поймешь, что к чему, - хмуро пояснила Юлька. Всех я вас знаю, как облупленных.
– Убери-ка оружие на место!
– насторожился Егор.
– Тоже мне, амазонка...
– Джан держал его здесь на случай, если ночью в квартиру маньяк или грабитель залезет. Сегодня как раз тот случай, - усмехнулась девушка.
– А поскольку от тебя толку ни в чем, кроме разве что постели, никогда не было, позволь уж мне самой решения принимать. Думаешь, я не понимаю, что дело явно идет к перемирию... А мне этого не надо.
Юлька серьезно и снисходительно взглянула на Егора, почему-то тяжело вздохнула и отвернулась.
Внизу в холле раздался грохот. Явно упала какая-то мебель.
Егор замер на секунду, а потом, не раздумывая, бросился на лестницу. Он стремительно сбежал вниз и выскочил на середину холла.
Его встретил негромкий, но дружный смех, который оборвался, едва
Егор предстал перед совещающимися заговорщиками.
– В чем дело?
– недовольно спросил Вербин.
– Парень счел, что мы тут уже режем друг друга, - с усмешкой пояснил Марьян. Гадальщик сидел на столешнице, положив ногу на ногу, и доверительно наклонился к Родиону.
– Успокой братишку...
Родион нахмурился и встал:
– Страж, иди сюда...
– он взял Егора за плечо и отвел к окну.
– Я тебя звал?
– Я услышал грохот!
– Это я парням фокусы показывал.
– Что тут происходит?
– встревожился Егор, глядя на довольно мирно беседующих о чем-то Вербина и Марьяна.
– Я хочу знать!
– Та-а-ак...
– Родион развернулся спиной к честной компании и, обняв Егора за плечи, притянул к себе и зашептал в ухо.
– Мне трудно, пойми ты, наконец... Это люди, перед которыми я практически безоружен, потому что они знают обо мне все, а я о них ничего. Не отвлекай ты меня! Мешаешь, неужели не понятно?..