Велерад, градоправитель Стужни, задумчиво почесал подбородок. Он не был ни суеверен, ни пуглив, но остаться один на один с седоволосым ему никак не улыбалось. Но наконец он решился.

– Идите, - махнул он стражникам.
– А ты садись. Нет не тут. Вон там, подальше, если ты не против.

Незнакомец уселся. Ни меча, ни плаща при нем уже не было.

– Слушаю тебя, - сказал Велерад, поигрывая лежащей перед ним тяжелой булавой.
– Я - Велерад, градоправитель Стужни. Так что ты мне скажешь, злодей мой любезный, прежде чем прогуляться до подвала? Трое убитых, попытка навести чары - неплохо, совсем неплохо... За такие вещи у нас в Стужне сразу сажают на кол. Но я человек справедливый, я тебя сначала выслушаю. Давай.

Рив расстегнул кафтан и достал свиток белого пергамента.

– Вот это вы прибиваете на больших дорогах, по корчмам, - сказал он.
– Все правда, что здесь написано?

– А...
– буркнул Велерад, приглядываясь к покрывавшим свиток рунам. Вот оно в чем дело... А я сразу и не сообразил. Как же, все правда, наиправдивейшая правда. Там стоит подпись - Фолтест, король, властелин Темерии, Понтара и Магакама. А значит все правда. Но воззвание воззванием, а закон законом. Здесь, в Стужне, на страже закона и порядка стою я! И не позволю убивать горожан! Ты меня понял?

Рив кивнул. Велерад гневно засопел.

– Знак ведьмака есть?

Незнакомец вновь полез за пазуху и вытащил круглый медальон на серебряной цепочке. Там была изображена волчья голова с ощеренными клыками.

– Как зовут? Я не из любопытства спрашиваю - так будет легче беседовать.

– Меня зовут Геральт.

– Поверим, что Геральт. Из Ривии, судя по выговору?

– Из Ривии.

– Так... А знаешь, Геральт... Вот это, - Велерад указал на королевское воззвание, - выкинь-ка из головы. Очень уж серьезное дело. Многие пытались. Это тебе, братец, не пару висельников изрубить.

– Знаю. Но это мое ремесло, градоправитель. Тут написано, что награда - три тысячи оренов.

– Верно, - Велерад облизнул губы.
– А еще люди болтают, что милостивый Фолтест, хот этого и не написал, но отдаст принцессу в жены...

– Принцесса меня не интересует, - спокойно сказал Геральт. Он сидел неподвижно, сложив руки на коленях.
– Здесь написано про три тысячи.

– Ну что за времена, - вздохнул градоправитель.
– Что за паршивые времена! Кто бы лет двадцать назад, даже по пьяной лавочке, мог подумать, что повстанут такие ремесла? Ведьмакы! Бродячие истребители василисков! Странствующие изничтожители драконов и утопленников! Геральт, ремесленникам твоего цеха пить пиво позволено?

– Вполне.

Велерад хлопнул в ладоши:

– Эй, пива нам! А ты, Геральт, садись-ка поближе.

Пиво было пенное и холодное.

– Паршивые времена настали, - разглагольствовал Велерад, попивая из кружки.
– Столько всякой погани расплодилось... В Магакаме, в горах, карликов развелось несметное число. По лесам когда-то одни волки выли, а теперь упыри, всякие там лешаки, куда ни плюнь - волколак или другая зараза Русалки и Девы-плакальщицы хватают детишек по деревням - уже сотни случаев. Болезни, о которых прежде и не слыхивали. Ведь волосы дыбом встают! А теперь еще и это для полного счастья!
– Он толкнул по столу свиток пергамента.
– Неудивительно, что на ваши услуги такой спрос.

Геральт поднял голову:

– Перед вами королевское воззвание, градоправитель. Вы должны знать подробности.

Велерад откинулся в кресле, переплел пальцы на животе:

– Подробности, говоришь? Знаю, как же. Не из первых рук, но от людей надежных.

– Вот это мне и интересно. Подробности.

– Значит, все же собираешься? Ну, как знаешь. Так вот, - Велерад отхлебнул пива и понизил голос.
– Наш милостивый Фолтест еще в бытность свою наследным принцем, во времена отца своего, старого Меделла, показал на что способен - а способен он был на многое... Мы то все думали сначала, что с годами он остепенится. Но когда умер старый король, Фолтест после коронации превзошел самого себя. У нас у всех прямо-таки челюсти поотвисали. Короче, сделал он ребенка своей родной сестре Адде. Адда была чуть младше, держались они всегда вместе, никто ничего такого и не подозревал, вот разве что королева-мать... Словом, в один прекрасный день видим: Адда ходит с таким вот брюхом, а Фолтест кричит, что женится на ней. На родной сестре, смекаешь, Геральт? Положение - хуже не придумаешь. Визимир из Новиграда собирался было выдать за Фолтеста свою Дальку, прислал посольство, а нам приходится держать короля за руки - за ноги, чтоб он этих послов не прикончил. Хорошо еще удержали, а то Визимир со зла разнес бы нас в пух и прах. Счастье еще, что братец слушался Адду, вот нам и удалось с ее помощью отговорить нашего щенка от венчания. Ну а потом Адда родила, в назначенный природный срок, само собой. Слушай, что тогда началось. _Э_т_о_г_о_, что родилось, мало кто видел - но одна повитуха сиганула с башенного окна и сломала шею, а вторая повредилась умом и до сих пор ходит дура дурочкой. А посему я думаю, что этот ублюдок, эта девочка особой красотой не отличалась. Умерла она почти тут же - сдается мне, ей не спешили перевязать пуповину. Адда, на свое счастье, родов не пережила. А потом, братец ты мой, Фолтест снова свалял дурака. Ублюдка надо бы сжечь или там закопать на пустыре, а не класть в саркофаг, в дворцовую усыпальницу.

– Поздно теперь каяться, - поднял голову Геральт.
– Но в любом случае нужно было призвать кого-то из Ведающих.

– Ты про тех мошенников в усыпанных звездами колпаках? Ну как же, их штук десять слетелось, как только узнали, что лежит в саркофаге. И вылазит по ночам. Но вылазить оно начало не сразу, нет. Сем лет после погребения прошли спокойно. Но вот однажды, в полнолуние - во дворце верещание, вопли, беготня! Ну, да ты сам знаешь, читал воззвание. За эти годы младенец подрос в гробу, а особенно подросли у него зубки. Упырица, одним словом. Жаль, что ты не видел ее жертв. Вблизи, как я видел. Тогда обошел бы ты Стужню десятой дорогой.

Геральт молчал.

– И вот собрал к нам Фолтест ораву чародеев. Цапались они друг с другом отчаянно, едва не подрались этими своими посохами - интересно, зачем они их носят, собак, что ли, отгонять, когда на них спустят песиков? Часто ведь спускают, сдается мне... Прости, Геральт, если у тебя другое мнение о чародеях. Наверняка другое как у ведьмака. Но для меня они дурни и дармоеды. Вот вас, ведьмаков, люди больше уважают. Вы по крайней мере - как бы это выразиться?
– более практичные.