– Я ушел оттуда.

– Кто выступал?

– "Кровавая Мэри".

У Джона внутри все перевернулось. "Кровавая Мэри". Эту надпись он видел на футболках не только сегодня вечером. На лице его явственно отразилось отвращение.

– Ты не мог придумать ничего лучше, чем класть свои деньги в их карманы?

Карл мгновенно занял оборонительную позицию.

– Я ушел почти сразу... ушел с концерта. Это немного успокоило Джона.

Что ж, это умно.
– Потом другая мысль, вызревавшая в его уме, всплыла на поверхность, и он облек ее в слова: - Слушай, если я когда-нибудь поймаю тебя с наркотиками!..

Карл взбеленился:

– Я не употребляю наркотики.

– И не стоит пробовать, иначе придется платить чертовски дорогую цену.

– Что с тобой случилось сегодня, Джон?
– быстро спросила Мама.

Внезапно Джону расхотелось говорить об этом.

– Я...
– Он снова взглянул на Карла.
– Кажется, у меня был рецидив. Я слышал, что человек, однажды принимавший ЛСД, много лет спустя может по-прежнему испытывать действие наркотика. Не знаю, но, возможно, со мной происходит именно это. У меня начались видения, галлюцинации.

Казалось, Маму чрезвычайно заинтересовало его признание. Она подалась вперед и спросила:

– Что ты видел?

Джон не был готов к ответу.

– Вряд ли я смогу описать это. Но я испугался до потери пульса.
– Он помолчал, стараясь собраться с мыслями, любыми мыслями.
– Возможно, толчком к галлюцинации послужил вид всех этих ребят, которые буквально живут в магазинах, покупают весь этот... весь этот хлам, словно от него зависит их жизнь!

– А что еще остается?
– безжизненным голосом спросил Карл.

Джон метнул на него угрожающий взгляд и продолжал, пока не потерял мысль.

– Я видел... нечто, похожее на огромную... ну, такую черную дыру, в которую затягивало всю торговую улицу и засасывало людей. Но они как будто не хотели ничего знать, не хотели видеть... черную дыру. Они хотели одного: продолжать покупать вещи, продолжать смотреть телевизоры и слушать музыку. И они не хотели видеть, что происходит, и поэтому...не пытались убежать и просто исчезали в черной дыре.
– Джон посмотрел на Маму с Карлом и потряс головой. Я не могу описать это. Это было совершенно дикое видение, вот и все.

Больше Джон ничего не мог сказать. Он откусил кусочек от сандвича, просто чтобы заполнить паузу в разговоре.

Карл несколько мгновений подумал, а потом спокойно произнес:

– Они бегут. Они знают, что черная дыра рядом, но что они могут поделать?

Джон снова метнул на него яростный взгляд.

– О чем ты говоришь?

– Это смерть... полное уничтожение... вся вселенная летит вниз по черному тоннелю, и люди знают, что ничего не могут поделать, и поэтому стараются не думать об этом. Они покупают вещи... Они всеми силами стараются весело провести время, пока их не засосало туда. Именно это я имел в виду, когда сказал: "А что еще остается?"

Джон не был расположен к подобному разговору.

– Карл, я не настроен ни на какие серьезные... проповеди сейчас...

– Просто, я думаю, ты видел именно это.

– У меня была галлюцинация - и все.

– Неужели? Знаешь, я тоже видел кое-что сегодня вечером.

– Само собой, - сказал Джон и глотнул кофе из чашки.
– Еще бы ты не видел.

Карл сердито отвел взгляд в сторону.

– Тебе наплевать, да?

Джон с готовностью парировал:

– Слушай, я знаю, что ты видел, Карл. Перед тобой сидит старый поклонник Хендрикса и группы "Дорз". Мои деньги помогли всему этому дерьму развернуться. Я знаю, что ты видел.
– Потом он добавил: - И да, возможно, ты прав... возможно, мне наплевать. С какой стати мне волноваться, если ты тратишь свое время и деньги на... дешевую показуху... искусственное возбуждение нервов... на возмутительное, антиобщественное поведение?

– Эй, постой...

– С какой стати мне расстраиваться, когда я сижу на торговой улице и вижу бесконечное шествие молодых ребят, разодетых во всю эту дешевку, а потом обнаруживаю, что мой сын является частью той же самой великой культурной традиции?

Карл треснул кулаком по столу и выругался.

– Ты собираешься выслушать меня или нет?

– Мальчики!
– предостерегающе воскликнула Мама. Карл понизил голос, но по-прежнему держал палец наставленным в лицо Джона.

– Не тебе говорить о показухе и... об искусственном возбуждении нервов и возмутительном поведении! Не тебе, который показывает нам английского психа, стреляющего по прохожим, старуху, откинувшую копыта в зоопарке, полицейских, избивающих черных каждую ночь, и мертвые, обгоревшие тела...

Джон был раздражен и готов к бою.

– Это новости, Карл!

– Ах, неужели? Тогда "Кровавая Мэри" - это искусство!

Страшно разозленный, Карл откинулся на спинку кресла. Джон целиком сосредоточился на своем кофе. В комнате повисло тяжелое молчание, и Мама изо всех сил постаралась найти какие-нибудь слова, которые примирили бы сына и внука.

– Ну что ж, я рада, что вы двое пришли к полному согласию.

Карл взял себя в руки и снова заговорил:

– Сегодня вечером я увидел одну вещь на концерте - и именно поэтому ушел оттуда. То есть... я не увидел, а просто...подумал об одной вещи.