— Неважно! Я понесу тебя через горы на руках, как в прошлый раз!

— Джу-лиан, милый, пусть он летит, пока в силах лететь! Направляй его в нужную сторону, а я пока…

Она вдруг застонала, и меня прошиб холодный пот.

— Неела, что с тобой?! Уже началось?!

— Нет… Нет… Еще не время… Не волнуйся…

— Я и не волнуюсь, черт побери! Я полон ледяного спокойствия! Но ты должна его посадить! Пожалуйста, прикажи ему…

— Еще рано…

— Тогда я прикажу ему сам!

Но проклятая зверюга игнорировала все мои команды, и наконец я в отчаянии снова повернулся к Наа-ее-лаа.

— Ну как? Тебе лучше?

— Да, да… Все уже хорошо. Видишь — я прекрасно себя чувствую, тиргон тоже…

И тиргон действительно протянул еще почти четыре часа…

Потом резкий толчок внезапно тряхнул обришт, и я почувствовал, что мы стремительно падаем.

— Неела, держись!

Я упал на бок, прижимая ее к себе.

Еще один толчок… И еще один…

Обришт наклонился так, что я налетел спиной на туго натянутый полог, молясь, чтобы он не порвался!

К счастью, шатер был сшит из невиданно крепкой кожи: он не порвался даже тогда, когда от удара о землю затрещал по швам. Некоторое время обришт колыхался, как дом на краю обрыва, и, наконец, рухнул вниз.

На нас с принцессой свалились одеяла, тюки, подушки… Мы почувствовали, как тело тирго-на затряслось крупной дрожью, передавшейся через оболочку обришта нашим телам… И все затихло.

Тиргон был мертв.

Нам предстоял долгий путь через горы, а потом через лес, за которым находились владения паладара страны Земля — корабль под названием « Челленджер ».

Оставив принцессу рядом с мертвым зверем, я поднялся на ближайшую вершину, чтобы осмотреться, — и слегка воспрянул духом. По ту сторону хребта лежали знакомые места, где я впервые пережил лунную бурю.

Даже раненый, тиргон за одну-единственную олу одолел такое расстояние, на которое я положил бы две земных недели.

Впрочем, неудивительно, что путь по воздуху оказался настолько короче, чем путь по земле: когда я путешествовал с племенем ва-гасов, мы плутали без определенной цели, накручивая милю за милей по горным тропам, а то и вовсе без дороги. Но если двигаться более-менее напрямик, мы, пожалуй, успеем выйти к «Челленджеру» до наступления ночи!

Уложив самые необходимые вещи и все запасы еды в заплечный мешок, я с Неелой на руках зашагал на северо-запад.

Больше всего меня тревожила мысль о том, что будет, если мы столкнемся с ва-гасами. Кроме кинжала Джейми, у меня не было никакого оружия: ямадар, проявивший такую предусмотрительность во всем остальном, не положил в обришт ни карабина, ни патронов. Он никогда не любил «гремящего оружия» Ортиса.

Впрочем, будь у меня при себе хоть самая совершенная из скорострельных винтовок, это не спасло бы нас от нападения целого племени ва-гасов… Потому я убеждал Неелу, что все четвероногие каннибалы ушли на запад вслед за Го-ва-го, и теперь эти горы куда безопаснее, чем земли унитов.

— Здесь больше нет твари страшней, чем тор-хо. А с этим зверем я легко справлюсь!

Наверное, мои слова был правдивы: в дороге нам ни разу не попалось не только ва-гасов, но даже их свежих следов.

Хуже было то, что еда подходила к концу.

Сам я питался только собранными на привалах грибами, но внимательно следил за тем, чтобы Наа-ее-лаа ела побольше лепешек, сушеных фруктов и мяса. Наши припасы стремительно уменьшались, и мне казалось, что Неела начала слабеть. А может, сказывалось ее теперешнее состояние? Ее по-прежнему часто мучили тошнота и боль, и хотя она делала вид, что все в порядке, я-то видел, что это не так.

Скорей бы уж добраться до «Челленджера»!

Я сократил привалы до минимума, считая уже не только мили — ярды, отделяющие нас от леса…

Мы оба воспрянули духом при виде ручья, на берегу которого нас с Кларком Ортисом впервые атаковали ва-гасы. А когда деревья зелеными зонтиками затенили розовое небо вверху, я бодро обратился к дремлющей у меня на руках Наа-ее-лаа:

— Скоро ты увидишь настоящий Летающий Дом, а не вытканный на гобелене!

— Это будет прекрасно, — пробормотала она. — Да хранит Интар на долгие времена твое небесное жилище…

В последнее время она то и дело обращалась к Интару, причем по всяким пустякам, и я успел наизусть выучить несколько ее любимых молитв…

Но Интар не услышал крика Наа-ее-лаа, когда три олы спустя она металась по одеялам, наспех разостланным мной на траве. Ни верховный бог, ни богиня плодородия Лаиса не пришли на помощь принцессе Лаэте.

Я тоже не знал, как ей помочь, но готов был молиться всем богам, чтобы они сохранили жизнь моей жене и облегчили ее долгие муки.

Однако час шел за часом, а ничего не менялось.