Окостенелыми синими пальцами он сунул соединившиеся звезды в мешок, потом вспомнил, что Коилла его разрезала. Тогда он затолкал их под куртку, надеясь, что не упадет на них, если поскользнется. Наконец он нашел перчатки, которые раньше засунул за пояс.

— Мы выясним это достаточно скоро, — сказал Элфрей. — Если проживем так долго. — Его посетила мрачная мысль. — Может, это Дженнеста? Такие фокусы в ее духе.

— Нет. — Твердый тон Коиллы умеряла мелкая дрожь от холода. — Если она способна на подобное, то почему бы просто не сделать так, чтобы мы оказались у нее в лагере? Вместе со звездами?

— Гадать бессмысленно, — решил Страйк. — Мы слишком мало знаем.

Он плотнее завернулся в меховую куртку. В этом месте такой одежды было откровенно недостаточно.

— Что у нас есть из запасов?

После краткой возни на божий свет показались несколько полосок сушеного мяса, а также пара крошащихся горбушек и две фляги со спиртным. Для двадцати четырех голодных ртов этого, мягко выражаясь, было недостаточно.

Стараясь скрыть разочарование, Страйк глянул на одного из рядовых, кутающегося в одеяло.

— Калтмон, пойди и посмотри, что там с Джапом.

Рядовой с ворчанием удалился в сугробы. Ветер чуть было не сдул его, когда он достиг верхнего края котловины. А вскоре он уже возвращался, с Джапом, который следовал за ним по пятам.

Дворф быстро сбежал вниз, потирая руки. Потом засунул окоченелые пальцы под мышки.

— Здесь много расселин, — стуча зубами, проговорил он. — Над некоторыми снежные мосты, но они не выдержат веса орка. Однако мне кажется, я знаю, как добраться туда. — Он кивнул в направлении, которое, по мнению Страйка, было юго-востоком. — И еще, мы довольно высоко. — Когда Джап говорил, пар от дыхания кристаллизовался у него на бороде.

— Что-нибудь еще видел? — осведомился Страйк.

— Нет. Никакого дыма. Никаких других признаков жилья. Мне показалось, будто в одном месте что-то движется. Но что бы это ни было, оно держалось в сильном отдалении.

— Ясное дело, — сказал Хаскер. — При виде тебя любое существо, у которого есть хоть какие-то мозги, постарается держаться в отдалении.

Джап не потрудился отвечать на этот выпад. Этого одного было достаточно, чтобы Страйк понял, как сильно Росомахи страдают от жестокого холода.

— Отлично, — заключил он. Прежде всего надо выбраться из этого чертового ледника и найти укрытие.

По двое они пустились в путь, вслед за Джапом, который прокладывал дорогу по своим собственным прежним следам.

Через очень короткое время глаза у них так устали от белизны, что Росомахи стали видеть беспрерывно мелькающие белые точки. Оступаясь и проваливаясь в покрытые тонкой коркой сугробы, они двигались на юго-восток. Казалось, прошла вечность. Наконец они дошли до утеса, с которого открывался широкий вид на окрестности.

Сзади, на севере, навис ледник, грозный в своей непроницаемости. Он тянулся от одной стороны горизонта до другой — памятник глупости людей, уничтожавших магию Марас-Дантии. Даже на таком расстоянии казалось, что ледник нависает над ними, грозя раздавить в любую секунду. У них на глазах от ледника отломился осколок и с оглушительным грохотом разбился о землю. В воздухе заклубились снежные облака, а некоторые тяжелые куски поотскакивали не меньше, чем на полмили.

Орки стали торопливо спускаться вниз по южной грани утеса. Как оказалось, он представляет собой гигантскую гранитную скалу, покрытую коркой льда. Благодаря этому под ногами у Росомах была твердая опора, но оказалось достаточно скользко. Скользя и оступаясь, они с ругательствами спустились вниз, на плато, которое не больше чем на сто пятьдесят футов возвышалось над замерзшей тундрой.

Тут они остановились перевести дыхание. Скала прикрывала их от жестокого северного ветра. Кроме того, грозного ледника отсюда не было видно, и уже одно это было благословением.

Внизу лежала земля, придавленная, казалось, весом надвигающихся льдов. Тут и там серели пятна лишайников. Тянулись — тонкие на таком расстоянии — жилки рек. Вдоль горизонта тянулась черная полоса, которая могла — или не могла — оказаться лесом. С уверенностью утверждать было трудно, поскольку глаза слепил солнечный свет.

— Если спустимся вниз, — произнес Страйк, хлопая руками в перчатках, чтобы оживить кровообращение, — то есть надежда найти укрытие.

— Вот именно если, — пробурчал Хаскер. — Я орк, а не горный козел.

И действительно, путь с обрыва вниз оказался вовсе не таким легким, каким казался с высоты. Раз за разом перед ними появлялись обрывы столь резкие, что, казалось, их никогда не преодолеешь.

— Это только мне чудится, — произнесла Коилла, когда они тупо смотрели на очередной барьер, — или вы тоже ощущаете, что за нами кто-то следует?