Марина угадала, какие женщины нравятся Семе и Георгию — любителям жареных голубков и перепелок. Она показывалась им такой, какой нужно.

И момент, в который можно будет попросить кредит в банке Георгия, был уже не за горами. Марине нужны были свои собственные деньги. Вперед и вверх она хотела идти только одна. Но груз в виде Хана с семейством, Игоря и всех остальных её «друзей» был ещё очень тяжелым, и пока приходилось напрягаться и тащить его за собой.

Без особых торжеств, в рабочем порядке открылся «Топтыжка». Устроили, правда, перед входом небольшое шоу для детей, Карина со своим Олежкой были главными его участниками — как бы независимые мама с ребенком, случайно проходившие мимо. На это «повелись» и некоторые действительно случайно проходившие дети с родителями, и специально приехавшие, узнав об открытии «Топтыжки» из рекламы или пригласительного билета. К середине представления прикатили Лариса Стожарова с Настенькой. Недавно у Настеньки появилась сестричка Катя, и Лариса с Витей заявили Марине, что не собираются останавливаться на этих двух малышах.

— Будем рожать, пока у нас не получится одинаковое количество девочек и мальчиков, — вполне серьезно сказал Витя.

— На работу кто-то собирался возвращаться? — спросила Марина Ларису. Как же там, в «Сакунтале», без тебя?

— Работают же. А я координатор, — ответила Лариса. Теперь она уже не могла с уверенностью сказать, чего больше хочет: детей или работу. — У нас няня очень хорошая, я успеваю в ресторане бывать.

В «Сакунтале» дела шли сейчас так себе. Но Марина не чувствовала никаких угрызений совести, что ушла оттуда, переманила к себе и работников, и клиентов: дружба — дружбой, а работа у каждого своя, тем более в условиях конкуренции.

А «Топтыжка» получился замечательным. При составлении постоянного меню Марина даже с детским врачом советовалась, о чем было заявлено в самом низу карты. Стоили блюда в «Топтыжке» достаточно дорого, но родители, отправляясь в «Генерала Топтыгина», могли смело сидеть там до глубокой ночи, зная, что ребенка их, в «Топтыжке» оставленного, накормят вкусно и качественно, развлекут по полной программе и даже уложат спать, если надо.

Марина, долго наблюдавшая за процедурой открытия «Топтыжки» и последующими событиями, видела, как среди теремков, мостиков и лужаек из мягкого пластика начала ползать совсем молоденькая, хорошо одетая мама со своим малышом. Они смеялись, аукались, прятались друг от друга, рассматривали медведей, больших и маленьких, затем уселись в избушке трех медведей, и официантка принесла им туда целый поднос еды — горшочки с кашей, корзиночки с ягодами, легкие котлетки из зайчатины, морс, пирожные в виде самых разных зверей, большой коктейль для мамы… Марина не могла не умилиться. Тем более что посетителей даже в середине дня оказалось много.

— Ну, черпай, не урони ложку, — держа Олежку на руках, говорила Карина, и многие спешили последовать её примеру.

В стене, прилегающей к кухне, была устроена река с кисельными берегами. Но в самом начале её течения, туда, по стене повыше, был главный трюк этой реки — кисельные берега можно было зачерпнуть ложкой, а белая молочная река, которая везде текла под стеклом, здесь тоже была вполне осязаема, нужно было только ребенка повыше поднять, официант выдавал ему большую деревянную ложку, и ковыряйся, сколько хочешь. Кисельные берега в той части, где до них можно было добраться, были вполне съедобны — сделаны из плотного розового желе, а то место, которое наковыривали ложками дети, незаметно сдвигалось, и появлялась новая порция желе.

Олежка, а за ним и другие дети, попробовавшие, какая на вкус река кисельные берега, были в полном восторге.

Приехавшему по случаю открытия «Топтыжки» телевидению Марина заявила о своей любви к детям и заботе о них, говорила что-то об общей культуре страны, где рестораны заботятся о качестве обслуживания и взрослых, и их детей, но на вопрос, насколько доходный это бизнес, отвечать не стала.

«Доходный, можете быть спокойны», — сидя вечером перед телевизором, думала Марина, увидев себя и свой ресторан в программе культурных новостей. Оставалось ещё поднажать, ещё поработать, ещё договориться в нескольких местах — и все, она сможет рассчитаться со всеми. А Марина непременно хотела стать полноправным владельцем своего ресторана. И пускай сейчас «Топтыжка» уже принадлежал ей, путь к «Генералу Топтыгину» был ещё долгим.

Наступила осень, исполнился год со дня смерти Оксаны. На кладбище приехали несколько человек из «Сакунталы», мать и брат Оксаны, остановившиеся на время своего приезда у Марины дома, Руслан, Карина с Мариной и Лариса Стожарова. На могилу ставили памятник — фигуру грустного ангела из черного гранита. Ангел опустил крылья и склонился на одно колено, горько уронив лицо в ладони.

Планы мести уже не так часто посещали Марину, Хан нужен был ей живой, бодрый и невредимый, их дела с Мариной шли сейчас особенно активно. Она сумела полностью рассчитаться с ним и его тестем, обе стороны остались довольны, Марина даже в гостях у Ханова тестя бывала — их партнерство продолжало быть взаимовыгодным.

Хану полюбился «Генерал Топтыгин», теперь он здесь стал завсегдатаем. Появились у него и любимые блюда, и приближенные официанты. Руслан, чьи дела по поставкам мясной продукции как в Маринин ресторан, так и во многие другие, шли сейчас тоже достаточно успешно, также был постоянным клиентом «Генерала „Топтыгина“». Руслан здесь просто дневал и ночевал.

Марине приходилось устраивать банкеты ещё чаще, чем это было в «Зеркале». Так много было нужно ей от самых разных людей, поэтому и деваться было некуда.