После недолгих раздумий, решив, что чем позже вернется он домой, тем будет лучше, профессор поднял воротник пальто, повернул и быстрыми шагами направился к резиденции. Не такое уж простое дело - каждую ночь дожидаться рассвета.

...За освещенным окном на втором этаже он увидел чью-то тень. Подойдя ближе, уловил движение занавески на этом окне. Или это ему показалось?.. Но почему ему должно мерещиться такое?.. Должен же быть хоть один человек в этом огромном, залитом светом дворце, в этой крепости с широко открытыми дверями?..

Значит, теперь он должен дойти до резиденции, войти в вестибюль, сесть в одно из обитых бархатом кресел и дожидаться приглашения Генерала или еще кого-то - вот этого профессор не знал.

И неважно, сколько придется ждать этого приглашения. Здесь все таинственно и страшно, там - туманно и опасно...

Уже у самого входа в резиденцию профессор подумал, а может, все именно так и должно быть?!. Может, эта грозная тишина - привычная картина для резиденции?..

Все возможно...
– профессор, нервно подумав, , ускоряя шаг.

...В вестибюле половина ламп на потолке уже была погашена...

Интересно, их погасили после его ухода или это последствия урагана, бушующего за окном?!.

...Как бы там ни было, это не предвещает ничего хорошего...
– решил профессор.
– ...Безлюдная резиденция, задержка приема у Генерала, погашенные лампы - все это что-то напоминало...

А напоминало все это начало очень плохого, опасного конца...
– думал профессор, садясь в кресло с розовой обивкой, стоящее у самого входа. Он достал из портфеля трубку и, набивая ее табаком, почувствовал непонятную дрожь у него руки...

...Предположим, Генерал занят... Может, говорит по телефону с главой какого-то государства...
– думал профессор, оглядывая вестибюль.
– В резиденции, как и в самом Генерале, есть нечто непостижимое, потаенное...

Ему почему-то вспомнился странный случай, который произошел лет десять-пятнадцать назад на похоронах одного известного композитора...

...Генерал в окружении своей свиты стоял несколько впереди, спиной к остальным, и вдруг, не оглядываясь, из тысяч людей каким-то образом прочел именно его мысли... Прикоснувшись к затылку, внезапно обернулся и острым волчьим взглядом взглянул ему прямо в глаза...

...При воспоминании об этом неожиданном повороте головы, грозном, таящем опасность взгляде по телу профессора прошел легкий трепет...

...Тогда, помнится, на похоронах ему вдруг почему-то вспомнился прочитанный несколько месяцев назад рассказ, где на подобной церемонии выстрелом сзади был убит человек... Помнится, в тот раз профессор удивился этим мыслям, почему, глядя на возвышающегося над своим окружением Генерала, его аккуратно расчесанный затылок, оттененный белым накрахмаленным воротничком, выглядывающим из-под пиджака, почему в этот миг он подумал, что кто-то из присутствующих, а, может, и он сам представляют этот аккуратно выбритый затылок раздробленным пулей...

В тот миг Генерал какими-то неведомыми волнами, как волосы, взметнувшиеся на затылке от порыва ветра, поймал эту его мысль и, неожиданно оглянувшись, несколько мгновений глядел прямо в лицо профессору своими серыми глазами, в глубине которых таилась опасность... Профессор помнил, как внезапная слабость парализовала его ноги, тело покрылось холодным потом, и он постарался спрятаться в толпе...

Очевидно, и Генерал почувствовал, что эта внезапная опасность - ни что иное, как глупая шальная мысль. Увидев лицо профессора, он отвернулся, и принял прежнюю спокойную позу, опустив руки. Но, произнося надгробное слово о покойном, не забыл упомянуть и о ней...

Профессор и сейчас в мельчайших подробностях помнил эти слова...

"...Некоторые политически безграмотные люди...
– говорил Генерал, глядя прямо в лицо профессору...
– или просто бездельники позволяют себе рассуждать о моей дальнейшей судьбе. И хотя они ни на что не способны, но думают об этом. Они есть и здесь, среди вас. Так пусть же они знают: меня пулей не убить!.."

И профессор отчетливо увидел, как, произнося последние слова с возвышения, где был установлен микрофон, Генерал погрозил пальцем именно ему...

"Меня пулей не убить!.." - профессор снова услышал голос Генерала, несколько лет назад произнесшего эти слова...

Они до сих пор звучат в его ушах... Помнится, он потом долго искал в книгах хоть что-нибудь о способности человека затылком или просто спиной прочитать чью-то мысль в тысячной толпе, но так и не смог найти объяснения этому поразительному явлению...

...От порывов ветра стеклянная стена вестибюля, выходящая на балкон, дрожала и гудела... Где-то наверху, на втором этаже, кажется, скрипнула дверь... и от новой мысли, вдруг пришедшей в голову, у профессора пересохло во рту...