Шрифт:
Да и кто ему поверит?! Никто не поверит, - понял профессор.
– Как и он сам вчера в это самое время не поверил академику...
В лучшем случае его осторожно возьмут под руку, посадят в машину скорой помощи и отправят домой отдыхать.
Профессору казалось, что потолок кабинета медленно опускается, придавливая его...
Он сжал голову руками...
Но почему?.. В чем он виноват?.. Он ведь, наподобие академика не пишет научной работы, не касается запрещенных тем?..
Так он сидел, сжимая голову руками, и пытался последовательно, день за днем вспоминать события последних месяцев: где был, что говорил, что делал... и вдруг с удивлением понял, что не только в последние месяцы, но и вообще за три года, прошедшие со смерти жены, он нигде не был и никого, кроме больных, не видел.
... Тогда что же все это означает?.. Может быть, вина его в том, что во сне он случайно напал на след человека, преследующего академика?..
... Профессор напряженно старался вспомнить, как, где в ту ночь он вышел на этого неизвестного, почему он старательно, хоть и умирая от страха, шаг за шагом следил за ним. Однако это ему не удалось.
... В дверь постучали...
Профессор вздрогнул, посмотрел на карманные часы. Была половина одиннадцатого...
– Одну минутку...
– громко сказал он, потом встал, путаясь в рукавах, снял пальто, надел халат и вернулся на свое место. Об этом он подумает позже...
... В кабинет вошел аккуратно одетый красивый мужчина средних лет.
– Разрешите?..
– Пожалуйста...
– буркнул профессор и, приводя в порядок бумаги на столе, подумал, какой головой он согласился приять больного?!. Разве ему сейчас до обследований?!. Может ли он, сам балансирующий между небом и землей, помочь кому-то?..
... Больной прошел и сел в указанное профессором кресло.
– Вы взяли карточку для обследования?..
– Да, еще вчера. Она, наверное, где-то здесь у вас?..
– Пожалуйста, рассказывайте... на что жалуетесь?..
– привычно предложил профессор, делая вид, что просматривает карточку. Но сердце его все еще сжималось от давешнего кошмара...
– Мне кажется, у меня расстроена нервная система...
– смущенно произнес больной.
– В чем это выражается?..
– Так, в основном, говорит моя супруга...
– казалось больной смутился еще больше - ... ну, и друзья, знакомые... да и сам я чувствую. Честно говоря, это жена настояла, чтобы я пришел к вам...
– И что они, к примеру, говорят, и сами вы что ощущаете?..
– торопливо и нехотя задавал профессор свои обычные на подобных приемах вопросы.
– Например, жена говорит, что я в последнее время стал слишком брезгливым, нервничаю по любому поводу, язвлю...
... Проговорив это, больной умолк. Казалось, он чувствовал, что пришел не вовремя, смущался от этого еще больше и тайком бросал на профессора испытующие взгляды.
– Продолжайте, продолжайте... я вас слушаю...
– поддержал его профессор и, достав из портфеля трубку, стал набивать ее табаком, глядя на своего собеседника.
– Знаете, в последнее время у меня появилась странная тяга к одиночеству. Постепенно я стал избегать знакомых, а теперь даже и самых близких друзей. На работе я даже запираю дверь, чтобы никто не входил. Понимаю, что так нельзя, что это плохо... но ничего поделать с собой не могу.
– А что вы испытываете к людям, почему сторонитесь их, вам самому понятны причины этого?..
Больной пожал плечами и замолчал.
– Может быть, люди сделали вам что-то плохое, и вы боитесь их, или вам с ними скучно, вы можете точнее объяснить?..
– Люди нервируют меня...
– Почему?..
– Почему?.. Я точно сказать не могу. Мне кажется, я не схожусь с ними.
– Говорите, всю жизнь не могли сойтись с людьми, но ведь, по вашим словам, у вас были друзья, а теперь вдруг не смогли сойтись. На то должны быть причины...
– сказал профессор, думая, ну, зачем ему сейчас выяснять, с кем сходится этот вполне бодрый человек, с кем - нет...
– И жена говорит то же самое. Потому она и настояла, чтобы я пришел к вам.
... Вдруг профессор почувствовал, как огромная тоска навалилась на него, он глубоко вздохнул и спросил:
– А что вы делаете, когда остаетесь один, чем занимаетесь?
– В основном читаю книги. Религиозные.
– Вот как... А кто вы по профессии?
– Я работаю в Институте рукописей. По образованию я языковед. Перевел много древних рукописей. Есть очень интересная рукопись древнеегипетских кабалистов "Пространство сна", сейчас я работаю над ее переводом. И, честно говоря, наверное, мои нервы, в основном, из-за этого и расстроились...