– А теперь перейдем к главному, – объявил Мэтт.

Эбби обернулась к нему с хмурым видом. Она чувствовала себя неуютно: похоже, все, кроме нее, были в курсе происходящего.

Мэтт опустил руку в карман пиджака и вынул коробочку. Сначала Эбби решила, что это запоздалый подарок от компании. Но если так, зачем было собирать родных? Когда же она догадалась, в чем дело, у нее перехватило дыхание и она не в силах была пошевелиться.

– Ах, нет, Мэтт… – Она пыталась скрыться, но он схватил ее за запястье и притянул к себе.

– Ты должна позволить мне выполнить мою миссию, – решительно произнес он. – Решать тебе, но позволь мне выговориться.

Его глаза таинственно сверкнули.

Она стояла, дрожа всем телом, готовая рухнуть без сил на пол в присутствии компании знатных гостей. Закрыв глаза, Эбби мечтала о том, чтобы стать невидимкой, чтобы обрушился фондовый рынок, произошло землетрясение… все что угодно, лишь бы не дать Мэтту произнести слова, которым она все равно никогда не поверит.

– Каждый из присутствующих долго ждал этой минуты, – начал он под тихие возгласы одобрения. – По двум причинам. Первая – я долгие годы жил далеко от моих родных. Нужно было, чтобы мне кто-нибудь подсказал, что не следует навсегда отказываться от любви из-за пережитой потери. Эбби уставилась на него.

– Вторая – всем хотелось, чтобы я устроился и наполнил свою жизнь другими заботами помимо сколачивания капитала… как бы приятно это ни было.

Раздался добродушный смех. Но он стих, как только Мэтт открыл коробочку, которую держал в руке, и показал бриллиант размером с крупный миндаль. Эбби отступила на два шага, но натолкнулась на Диану, прошептавшую ей на ухо:

– Спокойно, девочка.

Она закрыла глаза, взглянув на камень. Мэтт легко надел золотое кольцо с огромным солитером на безымянный палец ее руки.

– Ах… Не знаю, что сказать! – промолвила она. Слезы струились по ее щекам. Она пришла в замешательство. Происходившее походило на жестокий розыгрыш. Ну как можно поверить, что Мэтт хочет жениться на ней, если совсем недавно он сказал, что не собирается это делать?

Она с тяжелым сердцем оглядела улыбающиеся лица вокруг нее. Все ждали ее ответа. Мир сомкнулся.

– Я не могу, – разрыдалась Эбби. Сняв кольцо, она вдавила его в ладонь Мэтта.

Эбби побежала к двери, ведущей на веранду, оттуда – в сад, где благоухали цветочные клумбы. Она упала на каменную скамью, закрыла лицо руками и расплакалась.

Она и сама не знала, сколько просидела там, прежде чем услышала низкий голос:

– Он привык добиваться своего. Совсем как его упрямый отец.

Подняв голову, она увидела перед собой старого графа, мягко и заботливо глядевшего на нее.

– Извините, – прошептала Эбби. – Я ужасно повела себя. Отвергла предложение отнюдь не самым любезным образом.

– Вы не возражаете, если я задам вам вопрос: почему вы отказали моему сыну?

Он ждал, но она не могла ответить. Она боялась, что ее голос сорвется.

– Насколько мне известно, – продолжал он, – ни одна женщина не удостоилась его предложения. Вы отвергли Мэтью, потому что не любите его?

Она покачала головой.

– Потому что знаю, что в душе ему не хочется жениться – ни на мне, ни на ком другом. Не думаю, что он сможет настолько довериться женщине, чтобы соединить с ней жизнь. А потому в конце концов вынужден будет бросить ее. Меня.

– Из-за своей матери, – проговорил отец.

– Да.

Он присел на скамью рядом с ней.

– Это в значительной мере моя вина. Я отдалился от семьи, как только Анна бросила меня. Махнул рукой на своих мальчиков.

Эбби повернулась к нему, тронутая его глубокими переживаниями, которые он, безусловно, избегал демонстрировать окружающим.

– Вы очень любили ее, – прошептала она. – Что же произошло?

– У Анны была свободолюбивая натура, а у меня – титул, обязательства, серьезный склад ума.

Она прожила со мной даже дольше, чем я ожидал, подарив мне трех сыновей. Но когда она в конце концов ушла после многолетних жалоб, что не может больше жить в клетке, я был страшно потрясен. Я неправильно повел себя в той ситуации.

Эбби поразили нотки нежности в его голосе, казавшиеся неуместными у человека, которого бросила жена.

– Вы все еще любите ее, – прошептала она.

– Да, хотя мне понадобились долгие годы, чтобы признать это. – Он искоса взглянул на нее. – Могу только догадываться, через какие страдания вы прошли из-за моего сына, пока он разбирался в своих чувствах. Но вот что я скажу вам: четыре года, что я прожил с этой женщиной, стоили многого. Никто не может поручиться, что любовь будет вечной. Но полагаю, Мэтт, как и его братья, пришел к убеждению, что стоит рискнуть. Он любит вас, Эбигейл. А вы любите его. Так о чем еще можно мечтать?