– Лучше оставить пока все как есть. Почему-то я думаю, что кто-то следит за тем, чтобы ты не пострадала от этих странных экспериментов. Если мы начнем использовать современные психологические методы, то цепочка, соединяющая тебя с Дайаной, может запутаться или порваться.

Такая возможность привела меня в отчаяние. Дайана так сильно любила Андрэ, что даже через года я была способна осознать это.

Но у меня ведь были свои сердечные проблемы сейчас, в двадцатом веке. И мне не нужны еще и дополнительные из другой эпохи.

По дороге домой я раздумывала о том, что доктор сказал насчет кого-то, следящего за мной.

– Как ангел-хранитель, – подумала я вслух.

Это была приятная, но не новая для меня мысль. Еще когда я была маленькой девочкой, я иногда чувствовала чье-то присутствие, как будто прикосновение крыла ангела.

Эти раздумья привели меня к новой песне. Я напевала различные мелодии и пыталась подобрать подходящие для нее слова к песне «На крыльях ангела». Войдя в дверь, я уловила аромат любимого блюда Азалии, которое она всегда готовила на старой плите.

– Боже, это рагу пахнет просто восхитительно!

Негритянка, стоявшая у плиты, повернулась и подарила мне широкую белозубую улыбку. Я поняла, что в горшке на плите был цыпленок и что поваром была не Азалия, а Пруди.

Я вошла в кухню древнего Монкера, и Дайана была голодна, как и любая женщина, которой нужно «есть за двоих».

Осень 1859

– Вы сегодня такая красивая, миссис Диди.

Пруди и ее муж Руфус быстро стали друзьями Дайаны. В ее новой жизни Дайане нравилось все: зеленые холмы, гора, поднимающаяся из-за большого дома, теплая кухня и еще более теплая дружба рабов Монкера, как будто это была ее семья.

Дайана уже чувствовала себя лучше. Она подсчитала, что она уже на третьем месяце.

– Этот цыпленок пахнет просто восхитительно, Пруди. Отнесу-ка я поднос миссис Аурэлии. Она была очень бледной, когда я принесла ей утром кофе и сладкие булочки.

Дайана уже успела полюбить хозяйку Монкера. Аурэлия Деверо была настоящей леди. Дайана поняла это с их первой встречи.

– Надеюсь, она не заболеет снова, – сказала Пруди, щедро накладывая рагу в красивую фарфоровую тарелку.

– А чем она болеет, Пруди?

Девушка очень беспокоилась о здоровье миссис Аурэлии, которая была очень красивой, но невероятно болезненной.

За три недели, в течение которых чета Макафи работала в усадьбе, Дайана часто видела, до какой степени их хозяйка слаба. А при попытке встать утром с постели было заметно, что каждое движение ее буквально обессиливает. Жан Поль Деверо сразу же дал понять Дайане, что главная ее обязанность – ухаживать за его женой, и она приняла это указание близко к сердцу.

Пруди покачала головой, доставая из духовки печенье и раскладывая его на подносе Аурэлии.

– Доктор Холлинз говорит, что это какая-то болезнь крови, но я сама думаю, что это из-за сердца. Когда мистер Жан Поль ухаживал за миссис Аурэлией, она жила в Нью-Аулинсе. И я знаю, что она так и не смогла пережить того, что переехала оттуда в Теннесси.

Дайана не могла себе представить места более красивого, чем Монкер. Но из того, что рассказала ей Аурэлия, девушка поняла, что хозяйка очень скучает по своему дому.

– Давай мне поднос, Пруди. У тебя и так полно работы. А я молодая и сильная, и сама отнесу все наверх.

– А ты немного пополнела с тех пор, как я увидела тебя. – Негритянка широко улыбнулась Дайане, и девушка покраснела, зная, что Пруди уже догадывается о том, что она беременна.

– Это все твои булочки, – сказала Дайана, ставя на поднос цветы и перекладывая салфетку, чтобы дать себе время успокоиться.

– Слышишь, по-моему, Шон уже возвращается. Мне нужно быстрее отнести этот поднос и встретить мужа.

Дайане нравилась спальня Аурэлии. Рядом с ней находилась комната, в которой спал Жан Поль в те дни, когда Аурэлия себя плохо чувствовала.

– Я открою немного окно, чтобы вы почувствовали ветерок с горы.

– Спасибо, дорогая. Вчера вечером я сказала Жан Полю, что просто не знаю, как мы обходились без тебя и Шона. Как будто вас сюда принес на крыльях ангел.

– Это вы ангел, – быстро сказала Дайана.

Она положила салфетку на колени Аурэлии и села в красивое французское кресло, думая о том, как ее новая хозяйка действительно похожа на ангела.