– Итак, по рукам, миледи, но если вам снова вздумается обмануть меня, расплачиваться за это вам придется своей жизнью. Помните об этом.

Еще никогда прежде Ройс не испытывал такой ненависти по отношению к женщине.

– В башню? – повторила пораженная Бетани. Она перевела взгляд с Ройса на его брата, чувствуя, что весь мир рушится. – Почему? – спросила девушка, недоумевая, какое преступление совершила, раз заслужила такое строгое наказание.

Ройс страшился взглянуть Бетани в глаза. Она заметила суровые морщинки вокруг глаз, стиснутые зубы, напряженные мышцы на скулах. Ей стало не по себе.

Бетани повернулась к Ги:

– Я ничего не понимаю.

– Я провожу тебя в твою комнату.

Подойдя к ней, он учтиво взял ее под руку.

– Подожди, – вырвавшись, Бетани шагнула к Ройсу. – Я чем-то провинилась?

– Non, – отрезал тот.

Заметив у него в глазах виноватый блеск, Бетани высказала свои подозрения:

– Это из-за нее, из-за твоей невесты. Ты прогоняешь меня от себя по ее требованию.

Ройс молчал, и она поняла, что ее догадка верна. Ее охватила смесь стыда и обиды за предательство. Прежде чем Бетани успела осознать, что делает, ее рука, взметнувшись вверх, обрушилась на щеку Ройса.

Тот не шелохнулся, а у Бетани от удара заныла ладонь. Но боль эта помогла ей совладать с обуявшим ее гневом.

– И что дальше, милорд? Вы отдаете меня Ги – или кому-то еще?

– Как ты смеешь! – взревел Ройс.

– Смею, – ответила Бетани, не испугавшись его гнева.

Ройс схватил ее за плечи, привлекая к себе. Их лица едва не соприкоснулись.

– Ты никогда не будешь принадлежать никому, кроме меня.

– Я не твоя собственность – особенно если ты хочешь отставить меня в сторону, точно недоеденный ужин.

– Забери ее, – проскрежетал Ройс.

По его лицу промелькнула тень сожаления. Он толкнул Бетани к своему брату.

Ги вежливо вывел Бетани из комнаты. Они стали подниматься бок о бок по лестнице. Вдруг Бетани почувствовала на плече руку Ги.

– У него не было выбора, Бетани.

Она стряхнула его руку.

– Выбор есть всегда. И Ройс сделал свой выбор, – сказала она, не желая выслушивать его объяснения. – Я пленница?

– Non, просто тебе предоставляется отдельная комната, чтобы Дамиана могла спать спокойно.

– Понимаю, – ответила Бетани, чувствуя, как у нее от этой новой картины – Дамиана в постели с Ройсом – сжимается в груди.

– Non, думаю, что нет. Когда дело доходит до честолюбия, Ройс становится слеп. Несмотря на то что он убедился, какая Дамиана ведьма, Ройс по-прежнему собирается взять ее в жены. Пойми, Бетани: он старший сын, и его жизнь сильно отличается от той, что веду я. Ройс не простил тех, кто обращался с ним словно с грязью под ногами.

– Мне нужно сочувствовать ему и расплачиваться за чью-то жестокость? – спросила Бетани и тут же быстро продолжила, не давая Ги возможности сказать ни слова. – Кажется, невзгоды нисколько не повлияли на тебя.

– Я и Ройс – в точности так же, как и ты с Мери, – смотрим на жизнь с разных сторон. В отличие от Ройса, мне нет никакого дела до того, что думают окружающие. Наверное, он христианин в большей степени, чем я.

– Очень жаль, что Ройс не может взглянуть на жизнь твоими глазами.

Ги пожал плечами:

– Да, возможно, ему жилось бы легче. Но Ройс с детства был слишком серьезен. Мама говорила, ей нужно было больше смеяться, когда она его носила.

При упоминании о матери любопытство Бетани вспыхнуло с новой силой.

– Что думает ваша мать по поводу борьбы Ройса за признание общества?

– Она очень любит своих сыновей. Ройс лишь однажды навлек на себя ее гнев, но к настоящему времени, уверен, мама уже простила его за то, что он вызволил меня из духовной семинарии.

– Похоже, даже святые взирают на твоего брата с улыбкой.

Рука Бетани скользнула вниз по животу, оберегая развивающуюся там новую жизнь. Сегодня утром она наконец была вынуждена признать, что приступы тошноты и головокружений, донимающие ее в последнее время, не являются следствием какой-либо болезни, и она собиралась поделиться этим радостным открытием с Ройсом. Бетани с трудом сглотнула комок, стиснувший ей горло. Раз Ройсу нет никакого дела до нее самой, его не тронет известие о ребенке, которого она носит.