Вскинув голову, Бетани смело взглянула в смеющиеся глаза рыцаря. Ему было известно, что она понимает их речь, и, судя по довольному выражению лица нормандского вождя, он сознательно хотел сделать ей больно.

Внезапно веселье сошло с лица рыцаря, и он озабоченно осмотрел рассеченную щеку девушки.

– Кто ударил тебя? – строго спросил он.

Бетани промолчала, не понимая этой внезапной заботы, и рыцарь, схватив ее за подбородок, поднял лицо кверху и изучил рану внимательнее.

– Меня не обманешь, этот удар нанесла сильная рука. Кто это сделал, cherie?

Бетани не нуждалась в его внимании, и, что хуже, ей не хотелось ничего объяснять.

– Оставьте меня.

Она попыталась было высвободиться, но рыцарь держал ее крепко.

– Анни, отвечай мне.

Бетани стала вырываться, но с сильным мужчиной ей было не справиться. Она сделала глубокий вздох, выпуская нарастающее напряжение:

– Никто в этом не виноват. Я просто оступилась и упала.

Когда рыцарь услышал это объяснение, суровые складки вокруг рта и глаз разгладились. Он осторожно прикоснулся к щеке девушки.

– Будь осторожнее, cherie. Такое прекрасное лицо нельзя портить шрамами.

От этого ласкового прикосновения сердце Бетани захлестнула теплая волна. Нежность рыцаря и его комплимент тронули ей душу. Но нельзя ни на мгновение позволять себе расслабляться. Любое чувство к этому человеку, отличное от ненависти, – это предательство. Бетани вновь укрылась за стеной гнева и недоверия.

Расправив плечи и гордо вскинув голову, она надменно взглянула на захватчика. Губы рыцаря медленно изогнулись в улыбке. Он подмигнул Бетани, и она поспешно схватила кувшин с элем.

– Эль? После целого дня в седле я хочу выпить вина.

– Брат, у тебя помутился рассудок? Пойлу этой земли далеко до вин нашей родной Нормандии. Местный виноград кислит и горчит, – сказал Ги.

– Согласен, но все же я предпочитаю вино элю, – Ответил Ройс, поворачиваясь к Бетани. – Запомни это, рабыня.

С грохотом опустив кувшин на стол, девушка пошла за вином, молясь о том, чтобы урожай этого года оказался как можно кислее.

Бурей пронесясь мимо Майды, Бетани сбежала вниз, в винный погреб. Все пространство вдоль одной стены занимали уложенные до самого потолка дубовые бочки. В дрожащем свете факела Бетани принялась изучать выжженные на дереве цифры и буквы, указывающие год урожая и сорт вина. Пройдя мимо бузины и одуванчика к самому дальнему ряду, она наполнила кувшин худшим вином, имевшимся в замке.

Проходя мимо кухни, девушка увидела, как Майда наливает в молоко яблочный уксус, сбраживая его для приготовления теста. Нет, она не должна даже думать об этом! Но все благие намерения Бетани улетучились в одно мгновение. Поставив вино на стол, она взяла пустой кувшин.

– Майда, налей сюда уксус. Как он только смеет говорить, что наши вина кислят!

Майда побледнела:

– Миледи, остановитесь, это неразумно.

– Нет, я не позволю этому человеку оскорблять мой дом!

– Миледи, он вправе делать все, что ему угодно. Наши жизни зависят от его прихоти. Стоит ли беспричинно гневить его? – спросила Майда, грозя Бетани выпачканным в муке пальцем.

– Вся его ярость выплеснется на меня. Пожалуйста, пойми, Майда: я должна сделать это.

Покачав головой, кухарка наполовину наполнила кувшин уксусом, печально глядя на госпожу.

– А что вы будете делать сегодня вечером, миледи?

Прозвучавшее в ее голосе беспокойство разрядило напряженность между женщинами. Бетани, улыбнувшись, долила в кувшин вина:

– Я уже обо всем подумала. Не тревожься.

– Не могу не тревожиться.

Бетани решила уступить любопытству кухарки:

– Нормандский пес хитер, но я хитрее.

– Неужели? – В голосе Майды сквозило недоверие.

Бетани пропустила издевку мимо ушей:

– Я задумала одно небольшое дельце, и к ночи у рынаря будут заботы поважнее, чем нежелающая разделять с ним ложе рабыня.

Еще раз покачав головой, Майда отвернулась, и укор в ее жесте не остался незамеченным.

– Не беспокойся, Майда, – сказала Бетани. – Все будет хорошо.

– Да, вы совершенно правы, миледи. Все будет хорошо… Только для кого хорошо?

Не обращая внимания на предостережение кухарки, Бетани взяла кувшин со смесью вина и уксуса и отнесла его в залу. Ройс де Бельмар сидел за столом рядом со своим братом, и Мери. Бетани наполнила его кубок жидкостью, и тотчас же воздух наполнился резким запахом уксуса.

Рыцарь поднес кубок к устам, и его ноздри широко раздулись. Бетани поспешно отвернулась, скрывая удовлетворение. Пусть захватчик поперхнется, выпив отвратительную смесь!

– О, это вино превосходно. Леди Мери обязательно должна попробовать его.