Ройс обходил укрепления, гадая, как вернуть расположение Бетани.

– Опять за старое? – спросил внезапно появившийся у него за спиной Ги.

Ройс раздраженно обернулся:

– Тебе надо повесить на шею колокольчик.

Ги усмехнулся:

– Ты был так поглощен размышлениями, что все равно бы ничего не услышал.

– Вероятно, ты прав.

– Что-то с Бетани? – высказал догадку Ги. Ройс кивнул:

– Не знаю, что мне делать. Клянусь, мне легче встретиться лицом к лицу с ордой разъяренных кельтов, чем со своей супругой в гневе.

– Ты ей сказал, что слова Филиппа для тебя ничего не значат? – спросил Ги.

– Ты действительно так глуп или же просто неудачно пошутил?

– Тогда перед тобой стоит сложный выбор. Ты хочешь наслаждаться прелестями брака, не платя за них.

– О какой плате ты говоришь? – нетерпеливо спросил Ройс.

Ги улыбнулся:

– За любовь расплачиваются монетами доверия и уважения. – Он дружески похлопал брата по спине. – А ты не хочешь расстаться ни с одной монетой, опасаясь, что Бетани не отплатит тебе сполна.

– Ты говоришь загадками.

– Неужели?

Ги спокойно выдержал пристальный взгляд Ройса.

– Oui, ты говоришь истинную правду. Но трудно сразу перемениться после стольких лет. Ги, наверное, тебе трудно поверить, но я не люблю перемен.

– Вот как? – схватился за лоб Ги, притворяясь, что поражен словами брата. – Ты, открытый новым веяниям, терпимый к инакомыслию? Да, мне трудно в это поверить.

Ройс фыркнул, восхищаясь язвительным умом брата:

– Лишь ты один смеешь издеваться надо мной.

– Это необходимо. Ты относишься к себе слишком серьезно. А все очень просто, – продолжал Ги, обнимая Ройса за плечи. – Решись и покончи разом со всем. А то красавица жена устанет тебя ждать.

– Сомневаюсь, – сказал Ройс, направляясь к башне.

– Хочешь рискнуть? – поинтересовался Ги.

– Non, – произнес Ройс с решимостью, удивившей даже его самого.

Внезапно на него снизошло откровение. Он умрет, если в его жизни не будет Бетани. Глубина чувств к этой женщине потрясла его. Но в то же время как смириться с ее происхождением? Впрочем, возможно, по мере того, как пройдут недели и месяцы, свежая рана разбитой мечты затянется, превратится в тупую боль.

Ройс посмотрел на брата:

– Как только наступит тот день, когда я сочту этот брак не проклятием, а благословением, я признаюсь Анни в любви. Но мне страшно обнажить душу перед женщиной, тем более перед супругой.

– Знаю. И все же ты должен высказать всю правду, чтобы удержать Бетани и достичь того, что ищешь в жизни.

– Откуда ты можешь знать мои желания? – недоверчиво поднял бровь Ройс.

– Всю свою жизнь ты хотел добиться уважения и признания. Уверяю тебя, если, ты не пробудишь эти чувства в Бетани, нечего и мечтать о том, чтобы получить их при дворе.

Бетани окинула придирчивым взглядом свой наряд. Доставшиеся в наследство от матери белое и фиолетовое платья были самым дорогим ее сокровищем и надевались только по особым случаям. Хотя молодая женщина предпочитала привычную одежду, сейчас, желая показать себя учтивой по отношению к новой государыне, она сияла вышитый пояс и надела тот самый нормандский, украшенный драгоценными камнями, присланный в подарок королевой.

Бетани надеялась, что среди бесконечных хлопот по приготовлению к приему высокой гостьи Ройс заметит эту уступку. Она вздохнула. Если праздничный вечер пройдет успешно, Ройсу можно будет забыть о своих страхах.

Супруга короля Матильда прибыла в сопровождении небольшой свиты. Хотя задача эта была весьма сложная, Бетани лично составила план торжественного вечера и проследила, как он воплощается в жизнь.

Никто не сможет ее ни в чем упрекнуть. И дело вовсе не в Ройсе; достоинства саксам не занимать. Гордо вскинув голову и расправив плечи, Бетани улыбнулась. Торжественный ужин сегодня вечером будет лучшим из всех, какие доводилось видеть Нортумберленду. Хотя замку Ренвиг далеко до роскоши дворцов Нормандии, он все-таки не лачуга язычников. К тому же Бетани не собиралась соперничать с нормандской утонченностью. Опыт уже давно научил ее делать то, что у нее хорошо получается, и не пытаться подражать другим. Сегодня она превзойдет саму себя. Нормандские гости надолго запомнят ее гостеприимство.

Наконец все было готово. Опустились сумерки, и в замке зажглись все свечи и факелы, залив его теплым сиянием.

Остановившись наверху лестницы, Бетани оглянулась вокруг и заметила Ройса, застывшего внизу словно изваяние. На секунду ею овладело желание поскорее бежать отсюда и спрятаться, но молодая женщина не могла себе этого позволить. Ройс ждет.

Стоическое выражение на лице мужа не оставляло сомнения в том, что он уже приготовился стать в этот вечер мучеником, выслушивая сочувствия по поводу неудачной женитьбы. От этой мысли Бетани едва не рассмеялась. Нормандский рыцарь сомнительного происхождения женился на старшей дочери одной из самых знатных семей Англии и еще считает, что супруга ему не ровня! Ха! Подобное высокомерие смешно.