Я вздрогнула, представляя кому быть приманкой. Мои опасения подтвердились. План был утвержден и одобрен. Настало время претворять его в жизнь.

Я сидела и обдумывала, глубокое замечание Ель о Красной Шапочке. Сидеть просто так, выжидая, дальше уже было нельзя. Надо двигаться вперед. На летучем кресле это делать было приятно. За последние два дня, которые я провела в кресле, я к нему привыкла.

Вся идея ловушки была построена Ель на этой самой Красной Шапочке. Кстати, Тритуглар выслушал ее идею с великим вниманием и согласился, что это гениально, да и просто может сработать. Мое мнение не учитывалось.

По плану мне взбредет в голову пойти через лес одной. Это событие широко проафишируется заранее. Так, что убийце останется только пойти и попытаться меня убить. При этом у моих сыщиков не было никакой идеи, как именно он попытается меня убить. Но все они прячутся по кустам и охраняют меня. А я значит, иду (в смысле лечу) по дороге и пою грустную песенку.

Так вот, причину моего полета по лесу одной в темное время суток, назвали ошеломляющую воображение. Я долго не могла прийти в себя от хохота. Прошел слух, что я должна оставить послание драконам, чтобы были благосклонны к нашим землям. Отличная мотивировка для того, чтобы одной шляться по лесу.

Я уже слетала от леса до самой реки, бросила там в воду маленький камень, тот который лежал в кармане. Я то ничего с собой подходящего не взяла, как-то думала, что нападение произойдет во время моего полета туда. А все было очень спокойно. Обратный полет тоже не сложился. Никто на меня не напал.

— Еще раз лететь? Может он не успел? — мы столпились у дома. Я осматривала свое партизанское войско.

— Нет, завтра еще раз полетишь, — возразила Ель. — Не клюнул. Что ж он так?

— Не знаю, — я пожала плечами. Я, пожалуй, физически устала больше всех, хоть и летала, а не топала ножками. Постоянное ожидание нападения очень выматывает. — Тогда может спать ляжем? — я с надеждой посмотрела на народ. Мне разрешили отправится в кровать, а они остались обсуждать, почему не сработал их план.

Я проснулась от того, что меня кто-то душил. Стараясь высвободится, я брыкалась, пихалась, но воздух как-то быстро закончился. Я думаю, что отключилась на пару секунд, а потом очнулась от притока кислорода и жалобных стонов.

Тот, который душил меня руками, валялся на моих ногах, и пытался отбиться от разъяренной Мурки.

В тот момент я вспомнила «Отче наш», вот уж не думала, что знаю слова молитвы. Хрипя и вдыхая воздух, я попыталась сесть и вытащить ногу из-под этого типа. Я так и не поняла, что вообще происходит.

Видимо мы произвели определенный шум. В комнате зажглись лампы и появилось множество народа. Все задавали какие-то вопросы, ощупывали меня, пинали этого. Я будто оглохла. Все смотрела на того человека. Я никогда его не видела. За что же так? Зачем же он меня?

Наступила реакция, я заплакала, но сама не осознавала этого. Так плохо, так ужасно. Я поняла насколько хрупок мой новый мир. Потом я помню, как меня оттаскивали от этого человека. Я пыталась его забить кулаками.

Проснулась я от того, что в комнате кто-то сопит, а еще кто-то храпит. Уснула я, обнимая Лирха. Помню вроде отказалась спать одна. Мурка дрыхнет на моем животе. Ух, тяжелая. Лирх посапывал, а вот кто храпит то? Я повернула голову, шея болела ужасно. Я притронулась к ней. Ох!

Кто храпел пришлось догадываться. Никого визуально в комнате я больше не обнаружила. Значит, Гена, больше некому.

Лирх проснулся.

— Ты как? — он уселся на кровати.

Я попыталась сесть, выходило плохо. Наша возня разбудила Гену. И он кинулся мне помогать.

— Ты как? — первое что спросил Гена.

— Я нормально. Что это было? И кто это был? — я уже поняла, что попытка удушения мне не приснилась. — Зачем он это делал? Где он?

— Он сидит у тебя в подвале, — признался Гена. Его строжит Тритуглар. Ель уехала, у нее и так много дел. Но зато прибыл твой поверенный сеньлор Латифун с семьей, — Гену распирало от новостей. Я лишь кивала головой.

— Лирх, может ты мне объяснишь? — я повернулась к телохранителю и к моей уверенности дракону.

— Не знаю, малышка, — он погладил меня по голове. — Дай, посмотрю горло.

Он поводил руками. Стало значительно легче глотать.

— Спасибо, — я на секунду прижалась к нему. — Большое спасибо. А может вы куда-нибудь все пойдете? Я бы оделась, покушать пошли бы…

Завтрак был очень поздним. У всех, кроме меня, Лирха и Гены, оказался вторым завтраком. Меня приветствовал сеньлор Латифун с семейством. Они собирались сегодня же начать строительство на земельном участке чуть дальше к роще.