– Не могу.

– Не хочешь.

– Меня что, вечно будут донимать те, кого мои супружеские проблемы волнуют так, словно они касаются их самих? – Не дожидаясь ответа и грубо выругавшись, Стивен быстро зашагал в сторону комнаты для игры в карты, устав наблюдать, как все мужчины и далее юнцы бросали влюбленные взгляды на женщину, которую он считал своей.

Он предупреждал Фиби, что ей будет трудно совладать со своими чувствами, но, Господи, видимо, и он сам был не в силах управлять собой. Проклятая женщина! Когда же она поймет, что принадлежит только ему?!

«Этому упрямому дурачку полезно поразмышлять», – решила Фиби, заметив, как стремительно Стивен покинул бальный зал. Весь вечер он избегал Фиби, и ее это вполне устраивало: пока он не будет готов попросить прощения и не заговорит по-другому, она будет держаться на расстоянии.

Деланно улыбнувшись, Фиби обернулась и взглянула на Чарити – бедная девочка смотрела на сэра Элвуда так, словно тот держал в руках луну. Это чувство было знакомо Фиби, и она со вздохом перевела взгляд на лордов, которые, как хищники вокруг добычи, кругами ходили вокруг нее и Чарити, и ей отчаянно захотелось хоть несколько минут побыть в одиночестве.

– Фиби, – въедливый голос Хильдегард перебил ее мысли, – я вижу, тебе нужно чем-то отвлечься. Я оставила веер, по-моему, на столе в картинной галерее, сходи за ним.

– С удовольствием, тетушка. – Хильдегард не пришлось повторять свою просьбу, она и Моргнуть не успела, как Фиби уже вскочила на ноги. – Я охотно пройдусь, чтобы поразмяться после обеда.

В глазах Хильдегард вспыхнуло, но тут же погасло какое-то странное выражение, как будто за ее просьбой что-то скрывалось. Фиби кольнуло беспокойство, но она просто отмахнулась от него – что может случиться плохого, если она сходит за тетиным веером?

Не горя особенным желанием возвращаться к танцам, Фиби не торопясь шла в глубь дома к комнате, где они незадолго до этого рассматривали последнее приобретение Уинстона – вид Темзы, написанный каким-то художником по имени Джозеф Тернер.

Кроме стула, видимо, случайно попавшего в длинный прямоугольный зал, другой мебели в галерее не было. На стенах зала висели картины, а на полу были расставлены скульптуры. Хотя картины и скульптуры по сюжетам резко отличались от тех, что она когда-то видела в личном кабинете Уаймена, эта комната напомнила Фиби о ее первой встрече со Стивеном, и теперь, после того, что произошло сегодня, картины Уаймена приобрели для нее новый смысл. Рассердившись на себя за то, что ее мысли снова заняты Стивеном, Фиби подошла к столу, про который говорила Хильдегард, но ничего на нем не нашла.

Зная свою тетю, Фиби уже решила было, что та специально послала ее с этим идиотским поручением, чтобы без помех отчитать Чарити, но в этот момент легкое дуновение ветерка коснулось плеч девушки, и, повернувшись, она увидела сэра Леммера, небрежно прислонившегося к только что открытой им двери на террасу.

– Бы, кажется, разочарованы, моя прелесть. Вы ожидали встретить кого-то другого? Вероятно, лорда Бэдрика? К сожалению, в данный момент он поглощен игрой в карты. – В его голосе прозвучало явное неодобрение. Фиби сразу поняла, что эта встреча не была случайной.

– Извините, я уже ухожу. – Она расправила плечи и смерила Леммера презрительным взглядом, хотя нехорошие предчувствия мурашками побежали у нее по спине.

С важным видом петуха в курятнике Леммер шагнул вперед и встал прямо у нее на дороге. Запах кедра, который уже ассоциировался у Фиби с этим мужчиной, ударил ей в нос, а Леммер, резко протянув руку, схватил девушку за запястье.

– Знаете, что бывает, когда молодую леди застают наедине с холостым мужчиной в такой, прямо скажем, недвусмысленной ситуации? – Его глаза горели неприкрытым вожделением.

– Мне это безразлично. – Фиби поняла, что попалась в западню точно так же, как в тот день в Гайд-парке, но теперь ей нечего было надеяться, что Стивен придет ей на выручку. Сейчас единственной ее защитой будет собственная смекалка. – У меня определенно нет никакого желания компрометировать себя, оставаясь в вашем обществе, но я сомневаюсь, что в ближайшее время кто-нибудь ворвется сюда, чтобы застать нас наедине.

– Мнение света чрезвычайно изменчиво, и, чтобы погубить человека, требуется совсем немного. Даже молодые прохвосты, нацелившиеся на ваш титул или капитал, не посмеют игнорировать правила приличия. Увы, это святыня. Но я сделаю широкий жест и буду ждать, чтобы с удовольствием освободить вашу тетю от ответственности за вас.

– Совершенно верно, сэр. Вы будете ждать вечно, если вам так угодно. А теперь пропустите меня. – Фиби попыталась освободиться от его цепкой хватки, когда же ей это не удалось, решила применить другой способ, и ее колено оказалось почти у самого паха мужчины, но она чуть не потеряла равновесие и прокляла сковывавшее движение платье. Воспользовавшись моментом, Леммер обхватил Фиби за талию и притянул к себе.

– Ты горячая штучка, Фиби. Я не забыл тот случай в парке и уверяю тебя, в другое время и в другом месте еще напомню тебе его со всеми подробностями. А относительно того, придут сюда или нет, то мы с твоей дорогой тетей заключили договор – в сопровождении одного или двоих джентльменов она будет искать заблудившуюся племянницу и свой оставленный здесь веер, к они найдут нас.