Она бы закричала от радости, но от волнения у нее перехватило дыхание. Теперь больше всего на свете ей хотелось дойти до конца тоннеля.

Она остановилась. Впереди мелькнул свет. Лучи плясали на стене. Они не двигались, в отличие от тех, которые она видела в предыдущих пещерах. Те лучи шли от солнца. Свет шевелился, словно привидение.

Значит, она умерла.

Она протерла глаза, но это не помогло. Лучи продолжали плясать вокруг нее. Появилось лицо Джесса, и Осень вскрикнула. Этот образ казался слишком реальным. Нет сомнений, она умерла.

Джесс выругался.

Осень рухнула на пол, ошеломленная.

– Осень…

Вдруг ее подхватили сильные руки. Теплое тело прижималось к ее телу. До нее доносился голос Джесса. Это, в самом деле, был он. Она ухватилась за перед его рубашки и прижалась к его груди.

– Ты жива. Он сказал мне, что я найду тебя здесь. – Голос его звучал нетвердо. – Я не верил ему.

Судорожные всхлипывания сотрясали ее тело по мере того, как она впитывала человеческую силу, переходившую от Джесса к ней. Она все еще не могла поверить в то, что он здесь. Это, наверное, сон. Звук его голоса, раздающийся у самого ее уха, убеждал ее, что это он – из плоти и крови.

– Я думал, ты умерла. Думал, что никогда не найду тебя. – Он что-то бормотал себе под нос вполголоса, и если бы она следила, то заметила, что он повторяется.

Неважно. Она жива. Джесс нашел ее. Он выведет ее из этого ада.

– У тебя была вода? – спросил он.

Она отрицательно покачала головой. Жажда боролась с необходимостью, чтобы ее поддерживали. Она не хотела отпускать его, чтобы он открыл ей фляжку. Вероятно, он понял ее желание, потому что сумел сделать и то, и другое.

Животворная влага струилась по ее горлу, в ушах отдавались удары ее сердца. Если бы только Джесс ей позволил, она бы тут же осушила флягу, но он разрешил сделать ей всего несколько глоточков.

– Нам надо выбираться отсюда. Ты сильно поранилась?

Вместо ответа она ухватилась за его рубашку и прижалась к нему сильнее. Она не хотела, чтобы он отпускал ее. Его руки коснулись ее пальцев, он нежно разжал их.

– Иди за мной. До выхода совсем недалеко.

Она попробовала двинуться, но не смогла.

– Не уходи, Джесс. Не оставляй меня.

– Я никогда тебя не покину.

Его слова убедили ее, но она по-прежнему не могла отпустить его.

– Это недалеко, милая. Положись на меня. Иди и оставайся поблизости от меня. Я не оставлю тебя.

Закрывая глаза, она старалась подавить охватившую ее панику. Джесс прав. Чем скорее они двинутся в путь, тем скорее выберутся отсюда.

Она неохотно разжала пальцы. Джесс посветил фонариком.

– Посмотри на меня, Осень. Иди к выходу за мной, осторожно и неспеша.

Он направился к выходу. Она снова попыталась ухватиться за него, но он отступил.

– Теперь пошли. Ты ведь столько сумела пройти одна. Ты не отступишь.

Боясь, что он мажет слишком далеко уйти вперед, она закричала:

– Подожди, я не могу.

Джесс протянул ей руку, но она сама подошла к нему.

– Я должна выйти отсюда, помоги мне, – заклинала она.

– Прекрати! – скомандовал он, обнимая ее за плечи. – Не устраивай истерик.

Она пожала плечами.

– Джесс.

– Ты в порядке, Осень. – Он притянул ее к себе. – Мы выйдем отсюда. Я обещаю тебе, – проговорил он.

Она ухватилась за его слова. Это бы та надежда. Истерика постепенно угасала, пока она, наконец, не поверила ему.

– Прости, – извинилась она.

– Тебе не хватало воды, и ты не можешь рассуждать здраво. Не думай – просто береги силы, чтобы двигаться. – Он коснулся губами ее виска.

Его прикосновение придало ей мужества.

– Знаешь, ты самая смелая женщина из всех, которых я когда-либо встречал.

В его голосе звучало восхищение. Она отбросила голову назад.

– И ты можешь говорить это после того, что только что слышал?

– Я не видел, чтобы женщина сумела сохранять хладнокровие во время наводнения, на обед ела змею… – Он отбросил прядь волос, упавшую ему на воротник. – Чтобы бороться за жизнь – даже в таких невероятных условиях. – Жестом он обвел пещеру. – Я никогда не встречал такой женщины, как ты – с таким мужеством, гордостью и изрядным духом авантюризма.

Сердце ее забилось сильнее, дыхание перехватило.

Свет фонарика дрогнул, когда Джесс пошевелился.

– Все в порядке, – прошептал он. Его губы коснулись ее губ.