Он понимал, что говорит Энрике. Но он не хотел слышать этого. Вальде был добрым другом. Без него особый международный отряд не был бы тем, чем он стал сейчас.

Должно быть, Энрике почувствовал, что Джесс расстроился, потому что сменил тему и перевел разговор на современные события.

– Еще была какая-нибудь погрузка?

– Большой груз пришел вчера в Феникс.

Энрике присвистнул, когда Джесс протараторил ему цифры.

– Кто-то наловчился использовать эти раскопки как прикрытие. Большинство блюстителей порядка в районе сейчас сосредоточилось здесь.

– Что обеспечивает нашим людям возможность успешно проворачивать дела.

– Ты по-прежнему думаешь, что О’Нил – самый вероятный из всех кандидат?

– Пока да. У нее связи с заграницей. Представляется странным, что она никогда не имела контактов со своими родственниками до прошлого года. Но вот она приезжает сюда – и появляются наркотики.

– Не лишено смысла. А как насчет Риккера? Он ведь тоже может быть замешан в этом деле.

– У него на это мозгов не хватит. – Энрике похлопал Джесса по плечу.

– Мне нравится это в тебе, Баррен. Ты никогда не сваливаешь все в кучу и всегда попадаешь в точку.

Джесс проигнорировал комплимент, подозревая, что Энрике над ним подшучивает.

– Пойдем, амиго. У нас много дел. – Он криво усмехнулся. – Я намерен отдаться работе.

Энрике застонал.

– Какая нелепость!

Джесс пожал плечами:

– А ты останешься на ночь?

Энрике покачал головой.

– Нет, сегодня вечером лечу домой.

Джесс попрощался с Энрике и начал разыскивать Осень О’Нил.

Что за утро, думала Осень, спускаясь к руслу реки, к кустарнику, где Арло Росс и его команда разгружали мулов. Сначала – Большой Хозяин, теперь – Арло. Это было не так-то просто – повстречаться даже с одним родственником, не говоря уж о том, чтобы повстречать сразу двух. В один и тот же день.

Дед приехал с Арло. Она хотела бы, чтобы он остался, пока Арло и его двоюродные братья не вернутся сегодня к вечеру домой. Это даст ей возможность подольше поговорить с ним. Она все понимала: Большой Хозяин теперь редко ездил со своим сыном. Осень догадывалась, что он совершил это путешествие специально ради нее. Ее ноги утопали в песке – перед ней было устье реки, окруженное бежево-желтыми скалами. Рядом с кустарником слышалось спокойное ржание мулов. Лучи солнца согревали животных и насыщали воздух чистым запахом земли.

Приближаясь к трем мужчинам, она рассматривала Арло Росса. По одежде он напоминал своего отца. Арло носил серебряный пояс поверх красной фланелевой свободной рубахи и помятую, испачканную глиной шляпу. На этом сходство и кончалось. Когда кто-то начинал изучать черты его лица, то более светлые пряди волос, прямой нос, высокие скулы и тонкие губы напоминали о белых. Осень вспомнила одну из фотографий ее матери Действительно, внешность Арло подтверждала его английские корни по материнской линии, по линии Эммы Росс, белой школьной учительницы, на которой женился в свое время Большой Хозяин.

Осень подошла поближе. Скрипнул гравий, и Арло поднял голову. Взмахом руки он привлек внимание двоих других. Они смотрели с неукротимой враждебностью. Ни один не шагнул вперед – ей навстречу. Ни один не спросил, зачем пожаловала.

– Яа Еэ, дядюшка! – поприветствовала она высокого мужчину по-навахски.

Он не ответил, продолжая разглядывать ее.

Собравшись с силами, она снова заговорила:

– Что вам еще нужно распаковывать?

Он проигнорировал ее вопрос и с досадой проговорил:

– Ничего удивительного, что белая снова копает нашу священную землю.

В душе Осень почувствовала ненависть, когда услышала слова о белых. Но она сдержалась, чтобы он не заметил ее негодования.

– Эти реликвии бесценны, Арло Росс. Их нужно описать и изучить. Это все, что делают ученые. Ничего больше.

Ее не удивило, когда он не ответил. Арло вел себя так же, как и мать Осени – в том именно плане, что отвергал одну из культур, наследником которой был. Разница была лишь в том, что Дора Росс ушла из племени и заявила о своей принадлежности к белым. Арло же ненавидел любого, кто был связан с миром белых.

– Мы делаем все, что в наших силах, чтобы сохранить это место, Арло.

– Это только подтверждает, что ты не индианка. Ведь вы копаетесь в могилах предков, – упорствовал он.

– А как насчет вашего участия в этом? Уверена, что вы довольны своими доходами по этому контракту. – Она указала на мулов и припасы.

Вместо того чтобы оправдываться, дядя ухмыльнулся. В его ухмылке не было ничего дружеского. Холодные огоньки, лишенные какой-либо человеческой теплоты, таили его веки.

– Мы делаем то, что положено. Духи все равно защитят дом предков, а они будут преследовать тебя и этих белых людей.