Шрифт:
Торак оставил свой мешок и оружие на берегу, скинул башмаки и решил, что сперва переправит через реку Волка, а потом вернется за своими пожитками.
– Идем, Волк, – бодро окликнул он друга и еще что-то прибавил по-волчьи – чуть приседая и негромко ласково повизгивая.
Но волчонок спрятался за кустом можжевельника и не желал выходить оттуда.
– Сунь его в мешок! – крикнула с того берега Ренн. – Иначе ты его никогда не перетащишь!
– Если я это сделаю, – ответил ей Торак, – он мне никогда больше доверять не будет!
Он сел на поросший мхом камень у самой воды, потом зевнул и вытянулся на камне во весь рост, всем своим видом показывая Волку, что совершенно спокоен.
Через некоторое время волчонок вылез из-за куста, подошел и сел рядом.
Торак еще раз зевнул.
Волк глянул на него и тоже зевнул, но его зевок завершился тихим жалобным писком.
Торак неторопливо поднялся, взял волчонка на руки и стал что-то ему тихо нашептывать по-волчьи. Потом осторожно сошел в воду.
Под босыми ногами камни на дне были холодными как лед и ужасно скользкими. Волчонок у него на руках прямо-таки трясся от страха.
Ренн, одной рукой ухватившись за ствол молодой березки, вторую руку протянула им навстречу.
– Уже почти все, – кричала она, стараясь перекричать грохот водопада, – вы почти добрались!
Волчьи когти впились в руки Торака.
– Последний камень! – кричала Ренн. – Давай я его перехвачу!..
Волна, ударив в скалу, обдала Торака ледяными брызгами. А волчонку окончательно изменило мужество: вырвавшись у мальчика из рук, он прыгнул на берег, упал задними лапами в воду, но передними все же успел уцепиться за ветки.
Ренн поспешно ухватила его за шиворот и радостно крикнула:
– Все, я его держу!
Торак кивнул, пошатнулся и рухнул в реку.
Глава 15
Торак вынырнул на поверхность, отплевываясь, стуча зубами от холода и изо всех сил сражаясь с быстрым течением.
Он хорошо плавал и не слишком беспокоился. Сейчас он ухватится вон за ту ветку…
Ну, не за эту, так за ту, а может, за следующую…
Он слышал, как Ренн зовет его, продираясь сквозь заросли. Слышал призывное громкое тявканье Волка. Ему вдруг пришло в голову, что заросли, должно быть, слишком густые, раз Ренн и Волк отстают от него все больше и больше.
Река толкала и крутила его, точно намокший листок, прибитый к скале. Торак снова нырнул.
А когда с трудом вынырнул, то с ужасом увидел, как далеко его уже успело отнести. Он больше не слышал голосов Ренн и Волка – их заглушал грохот водопада, приближавшегося с удивительной быстротой.
Намокшие куртка и штаны тянули на дно. От холода немели конечности; Торак их почти не чувствовал, они казались ему просто палками, с трудом способными поддерживать его на поверхности. Со всех сторон его окружали кипящие белопенные волны, сквозь которые просвечивали порой зеленоватые пятна прибрежного ивняка. Потом его опять накрыло с головой, и он совершенно ясно осознал, что его несет прямо к водопаду, где он неизбежно погибнет.
Но времени пугаться не было. Был, скорее, какой-то невнятный гнев, вызванный уверенностью в том, что все должно кончиться именно так. Бедная Ренн! Хорошо бы потом ей не удалось найти его тело, ведь водопад превратит его в сущие лохмотья! Бедный Волк! Кто теперь станет о нем заботиться?
Смерть нависла над ним. В пене и брызгах сверкнула радуга… потом волны вдруг улеглись, поверхность реки стала гладкой, как человеческая кожа, а потом река куда-то пропала, и воздуха не стало, нечем было дышать, но Торака несло все дальше, дальше… Смерть то выталкивала его на поверхность, то тащила в глубину, и была она белой и спокойной, точно блаженный миг погружения в первый сон…
Торак все падал, падал, падал, и вода заливалась ему в рот, в нос, в уши, и вокруг была только белая бурлящая вода и ничего больше. Река поглотила его, он был внутри нее, и сквозь него с ревом проходила огромная масса воды. В какой-то момент ему удалось вынырнуть на поверхность и хлебнуть воздуха, но река тут же снова утащила его в зеленые водовороты своих глубин.
Наконец грохот водопада стал стихать. Перед глазами Торака мелькали странные вспышки. Он тонул. Вода вокруг сперва стала синей, потом темно-зеленой, потом черной. Он опускался на дно, он был безволен и холоден, он уже ничего не чувствовал, и больше всего ему хотелось окончательно сдаться и уснуть.
И вдруг он услышал негромкий булькающий смех. Чьи-то длинные волосы, похожие на зеленые водоросли, опутали его шею; совсем рядом скалились чьи-то жестокие липа, на него смотрели чьи-то безжалостные белые глаза…
– Иди к нам! – звали его Тайные Обитатели Вод. – Отпусти свои души, пусть себе плывут на свободе, без этого неуклюжего, тяжелого человеческого тела!
Голова у Торака кружилась, к горлу подступала тошнота, казалось, кто-то выворачивает ему кишки наружу.
– Гляди-ка! – смеялись Тайные Обитатели Вод. – Как быстро души покидают его дурацкое тело! Как они стремятся к нам!