– А также подыскивающая себе мужа, – добавил он. – Хантер Джеймс гораздо больше подходит для разделов «Деньги» и «Киберсцена», чем для светской хроники.

– Ты знаешь его? – Даффи оглядела комнату.

В противоположной стороне она заметила на удивление знакомый мужской затылок. Человек смеялся, и при этом его большие уши ходили ходуном. Алоизиус Каррир! Что ж, это понятно; в конце концов, это дом его тетки.

Но кто этот черноволосый Казанова рядом с ним, склонившийся к пожилой миссис Делонпре и заигрывающий с ней так, будто та стала Королевой красоты только в этом году, а не полвека назад? Если он и друг Алоизиуса, то скорее всего не из здешних мест.

Даффи выросла с Алоизиусом. Он и Оливер Годо были товарищами ее детских игр. Оливер остался ее верным другом, но она никогда не спала с ним – не сделала такой ошибки.

С Алоизиусом все было совсем по-другому.

– Я выкладываю ей всю известную мне информацию о Хантере Джеймсе, а она, я уверен, совсем меня не слушает. – От разглядывания таинственного незнакомца Даффи отвлек командный голос Дэвида.

– Нет, я слушаю. – Она одарила его улыбкой и переместилась так, чтобы видеть сразу и Дэвида, и значительную часть комнаты.

– Я говорю, – продолжил Дэвид, опустив руку на затылок Джонни и лениво поглаживая его, – что лично я его не знаю, но, конечно, слышал о нем.

Джонни отпила глоток вина и огляделась. Она задумалась, как это часто бывало с ней на вечеринках, и Даффи страстно захотелось взять ее за руку и расшевелить. Вопреки тому, что для всех Джонни играла роль старшей сестры, она нуждалась в опеке гораздо больше Даффи.

– Джеймс самостоятельно выучился на компьютерного гуру и сделал деньги на интернет-технологиях, как только его компания стала известной. Он из местечка Пончатула, но проводит много времени в городе.

– Почему он интересуется сиротами? – спросила Джонни и сама удивилась своему вопросу.

– Хороший вопрос, – отозвалась Даффи. – Это в тебе все еще не пропал журналистский инстинкт.

Джонни пожала плечами. Она, не Даффи, была главным редактором газеты в их школе и руководила газетой в колледже. Но, выйдя замуж, сразу же бросила все свои писательские занятия, хотя и не отказывалась заменять в «Кресент» заболевшую секретаршу.

Дэвид допил виски. Подошел поздороваться седовласый джентльмен, и они обменялись рукопожатием. Улыбнувшись женщинам, джентльмен отошел.

– Мой банкир, – пояснил Дэвид. – Джеймс устраивает вечер в поддержку Клуба сирот, вероятно, потому, что он сам наполовину сирота.

– Наполовину?

Дэвид пожал плечами:

– Мягко выражаясь. В действительности же он самый настоящий бастард.

Джонни выглядела потрясенной. Даффи же только возмутила формулировка зятя.

– Вот я и говорю, дайте ему насладиться моментом всеобщего внимания, – сказал Дэвид, жестом подзывая пробегающего мимо официанта. – Нувориши никогда долго не удерживают своих денег.

Даффи вынула фотоаппарат. Двадцать минут благополучно истекли; она не могла больше выдерживать манию величия Дэвида: еще секунда – и она высказала бы все, что о нем думает. Даже при всем своем богатстве она слишком горда, чтобы быть снобом.

– Ты не можешь показать мне его?

– Без проблем. – Дэвид оглядел сначала их комнату, потом соседнюю. – Он там, с одним из твоих бывших дружков.

– Брюнет возле Алоизиуса? – Даффи знала, что голосом выдает свое удивление. А как же бриджи, теннисные туфли и юношеские прыщи?! – Ты уверен, что это Хантер Джеймс?

Дэвид выразительно посмотрел на нее. Джонни взяла у официанта новый бокал и вставила:

– Дэвид всегда во всем уверен.

– Конечно, дорогая, – кивнул тот.

Ему явно понравилась реплика жены.

– Я только сниму его, и должна бежать, – объяснила Даффи, раздумывая, стоит ли доверять Дэвиду. С него станется сыграть с ней какую-нибудь шутку.

Но шутка это или нет, ей хотелось поближе взглянуть на таинственного незнакомца. Сейчас он поднес затянутую в перчатку руку миссис Делонпре к своим губам.

Пожилая дама засмеялась и, прежде чем отстраниться, кокетливо шлепнула его по щеке.

– Прямо чародей, – прошептала Даффи, желая, чтобы Алоизиус отвязался от своего спутника.

С единственным из семьи Каррир, кому однажды улыбнулось счастье, они старательно избегали общения.

Ну же! Подойди как ни в чем не бывало. Ошарашь Алоизиуса улыбкой, которая заставит его действовать и познакомить тебя с этим парнем. Если это действительно Хантер Джеймс, ты только сделаешь свою работу.

В то время как такой план созревал у нее в голове, Даффи чувствовала на себе пристальный взгляд незнакомца, прощупывающий ее. И хотя он находился в другой части гостиной, она знала, что он следит за ней. У нее было очень странное ощущение, что ее изучают от кончиков розовых полированных ногтей до завитка волос, прилепившегося к ее щеке.