Кто-то вдруг взял ее под руку и потянул к нему. Это была Лиз.

– Ник, ты должен познакомиться с Бритт.

Бритт ощутила на себе взгляд всепроникающих зеленых глаз. Потом он улыбнулся. Но это была не теплая, чуть насмешливая улыбка, которая так нравилась ей в Дэвиде. Ей показалось, что ее стараются очаровать, но так, словно очарование не природное качество, а какой-то инструмент.

Ник повернулся к стоявшему рядом с ним более пожилому мужчине в красном кашемировом кардигане.

– Вы не знакомы с моим партнером, Генри Карлайлом? – Бритт улыбнулась пожилому мужчине, отметив про себя его прекрасно ухоженные ногти, безупречно начищенные ботинки и выражение усталого долготерпения на лице. И сразу многие вещи встали на свои места.

– Так что ты думаешь о мистере Идеал?

В своем страстном желании узнать мнение Бритт Мел совсем забыла, что дала себе клятву никогда в жизни больше с ней не говорить. Она плюхнулась на подлокотник кресла и едва не расплескала при этом свой стакан.

Бритт бросила взгляд в сад, где залитые солнцем, загорелые Ник и Лиз смеялись вдвоем.

– Похоже, Лиз очень счастлива с ним.

– Да, – Мел отпила вина и тоже посмотрела на них поверх своего стакана. В ее голосе можно было уловить едва заметную нотку сомнения. – Похоже, что так.

– Кстати, – Бритт улыбнулась Мел искренней улыбкой, – поздравляю тебя. Ты, кажется, тоже переходишь в «Женскую силу»?

– Да, и это безумие, правда? Я собираюсь взять на себя связи с общественностью и общие вопросы. Не знаю, выдержу ли я хоть пять минут. Я ведь городская крыса. Но Гарту эта идея понравилась. Всякие там охоты, пальба, рыбалки.

Бритт попыталась представить себе Гарта с его «конским хвостом» в охотничьих гольфах и с ружьем за плечами и не смогла. Судя по тому, что Мел рассказывала о мужских достоинствах Гарта, он, скорее всего, будет по-прежнему пользоваться своими собственными снастями.

Мел вскочила с места, вспомнив, что обещала Джинни обнести гостей закусками. Если Джинни даже и забросила кухню ради карьеры большой начальницы, то сегодня она полностью реабилитировала себя. У Мел текли слюнки, и она с трудом удерживалась, чтобы самой не попробовать все эти миниатюрные бутербродики со спаржей, креветок и завернутых в ломтики ветчины устриц, что несла на блюде в сад.

Украдкой отправив в рот перепелиное яйцо на тосте, Мел виновато оглянулась вокруг. Но в гостиной никого не было. Солнце выманило гостей в сад, и Мел последовала за ними.

В нескольких шагах от двери террасы она замерла. Сразу за дверью в одиночестве стоял Ник. Лиз, должно быть, отправилась за выпивкой, и он следил за ней таким полным страсти взглядом, что Мел, как зачарованная, не могла отвести от него глаз.

Счастливица Лиз! Вздохнув от зависти, Мел шагнула на террасу со своим блюдом в руках. Но Лиз нигде не было видно.

Оглядевшись вокруг, Мел ощутила легкий холодок страха, потому что на террасе был еще только один человек. И это была не Лиз. Это был Гарт.

Лиз проснулась и лениво оглядела спальню Ника, сквозь шторы которой пробивалось солнце, окрашивавшее в цвет старого золота дубовые панели. Лиз протянула руку и коснулась их. Они были теплы на ощупь, хотя снаружи было прохладное утро.

Она любила просыпаться в этом прекрасном доме с его скрипучими полами, залитыми солнцем комнатами и гипсовым орнаментом потолков. Обычно она каждую ночь возвращалась домой, чтобы Джейми и Дейзи не хватились ее, но сегодня была суббота, и дети ночевали у Джинни.

Она неторопливо повернулась на другой бок, чтобы поцелуем разбудить Ника, и обнаружила, что вторая половина кровати пуста. Ее внезапно охватила паника. Вдруг Ник ушел, оставил ее, не сказав ни слова на прощание? Она неожиданно поняла, как ей недоставало бы его, если бы он исчез. Иногда он доводил ее почти до бешенства – пригласив на обед Дон, например, или обняв ее при всех сотрудниках, но на следующий день он обычно присылал ей такой огромный букет цветов, что снова ставил ее в неловкое положение, ибо все окружающие начинали спрашивать себя, что же он такое совершил, если за это приходится так извиняться. Однако Лиз уже начала привыкать, что это типично для Ника. Он считал, что широкими жестами и романтическим обращением можно загладить все.

А потом она услышала, как он поднимается по широкой лестнице. И через несколько секунд он появился в дверях с завтраком на подносе и в сияющем белом костюме с приколотой к пиджаку розой.

Лиз вдохнула запах кофе и круассанов и не смогла сдержать улыбку, приподнимаясь на подушке. Еще одно идеальное утро. Просто удивительно, сколько усилий он иногда прилагал, чтобы все было идеальным. Любой отель был обязательно очаровательным, любой вид – завораживающим, любая еда – восхитительной.

Вонзая зубы в теплый круассан, она спрашивала себя, что он стал бы делать, если во время поездки с Джейми и Дейзи вдруг сломалась бы машина, или еда оказалась бы скверной, или заказанный в отеле номер был уже занят… Но такие вещи, похоже, с Ником никогда не случались.