А будущее было здесь, у Селден Бридж, где поросший вереском песчаник казался ему не серым и мрачным, а приветливым. Его официантка снова подошла к нему и предложила еще чаю. Дэвид улыбнулся. Доброжелательные местные жители готовы утопить тебя в своей доброте и в горячем сладком чае.

Ему надо написать Лиз и попросить ее согласия на продажу дома. Но сначала надо найти кого-то, кто отвез бы эти чертовы рождественские подарки.

Оглядев только что отремонтированный офис, Лиз почувствовала, что ее настроение не то что воспарило, но, по крайней мере, несколько поднялось. Как она и думала, на приведение офиса в божеский вид потребовались неделя малярных работ и приличная мебель на несколько сот фунтов.

И еще, слава Богу, кошмарной Ким была поручена курьерская работа, а на ее место была взята восемнадцатилетняя Дон. Джинни ужаснулась, когда Лиз взяла ее, потому что у девушки не было совсем никакой квалификации, только яркая индивидуальность, но сразу выяснилось, что она полна жажды учиться и из благодарности за то, что ее взяли, готова сидеть в офисе до тех пор, пока не убедится, что сегодня ее помощь никому не понадобится.

Офис с его свежеокрашенными светло-серыми стенами, черной мебелью и редкими пятнами красного в виде пластмассовой картотеки и всяких современных канцелярских принадлежностей на столах действительно выглядел вполне прилично. А сегодня утром Дон принесла главное украшение – два огромных абстрактных холста своего брата, бросившего занятия студента-художника. Так что, если посетитель не станет присматриваться особенно придирчиво, он может решить, что попал в модное рекламное агентство на Ковент-Гарден.

Все это было очень приятно, однако Лиз понимала, что сделанное ими до сих пор можно было сравнить с перестановкой шезлонгов на палубе «Титаника». По дороге сюда сегодня она серьезно обдумала положение и решила, что у нее есть не больше трех месяцев на то, чтобы сдвинуть дело с места, иначе с «Женской силой» будет покончено.

– Ну, – Лиз ударила кулаком по столу, – к делу.

За последние три дня она прочла все, что смогла достать, об агентствах по трудоустройству безработных, проштудировала книги по рекламному делу и слонялась возле витрин соперничающих фирм до тех пор, пока не стала опасаться, что ею заинтересуется полиция. Теперь она решила, что пора действовать.

– Пора проявить немного изобретательности. – Джинни в изумлении уставилась на нее.

– Я решила пойти и взять несколько уроков у Росса Слейтера!

– Росс Слейтер? Это не тот ли миллионер, который руководит фирмой «Мир труда»? Так он не станет давать советы конкуренту!

Лиз усмехнулась:

– Станет, если я представлюсь репортером! – Лицо Джинни превратилось в маску ужаса.

– Но это же нечестно!

– Самую малость. Зато игра стоит свеч. За полчаса он расскажет мне больше, чем я смогу узнать сама за год.

Лиз рассмеялась:

– Конечно, своего настоящего имени я ему не скажу. И уж во всяком случае, если у меня получится, Берт из «Ньюс» напечатает мою статью.

– А он не захочет проверить твои документы?

– Сомневаюсь. Добившиеся успеха мужчины очень тщеславны, когда речь заходит об интервью. Тут есть, конечно, риск, но я должна на него идти. В крайнем случае он просто выставит меня за дверь.

Прежде чем Джинни пришли в голову другие доводы, Лиз взяла трубку и набрала номер.

– Добрый день. Это офис мистера Слейтера? Меня зовут Сюзанна Смит, я из «Дейли ньюс». Я пишу серию статей о десятке ведущих британских предпринимателей, и я очень хотела бы включить в нее и мистера Слейтера.

– Так что же… мисс… гм… Смит, вас интересует?

Лиз отпила кофе из темно-зеленой чашечки французского фарфора и постаралась не очень стесняться сидящего перед ней мужчины. Ему было за сорок, на нем была рубашка со свободным воротом и легкий, несмотря на февраль, костюм. Он выглядел подтянутым, а его загар был таким, словно он только вернулся из Вест-Индии. Его стиль Лиз определила для себя как стиль метра моды с оттенком мальчишки-разносчика. В речи слышался едва заметный акцент кокни. Он держался с холодной любезностью, но что-то в нем настораживало Лиз.

В свое время она повидала много богатых людей и отлично знала, что до вершины добираются лишь мерзавцы, но в манерах Росса Слейтера было нечто одновременно влекущее к себе и смутно угрожающее, так что ее самообладание, казалось, вот-вот стечет капельками по спине и образует маленькую лужицу у ног. Ей даже пришла в голову мысль, что не стоило, может быть, лгать ему и представляться чужим именем.

Подняв подбородок, Лиз посмотрела ему прямо в глаза и попыталась заставить себя думать о доме Джинни, который пойдет с молотка, если она, Лиз, не найдет способа спасти «Женскую силу».

– Угол, под которым я хотела бы посмотреть на дело, это советы начинающему.

– Понимаю, – выражение его лица было скептическим.

– Дело в том, что многие считают: я тоже мог бы стать Россом Слейтером, подвернись мне шанс. А вот я хочу показать, что есть искусство делать деньги, искусство самому создавать себе шансы.

Она улыбнулась ему, и он улыбнулся ей в ответ. Его настороженность, кажется, прошла.

– Так как вы начинали свое дело, свой «Мир труда»?

– С превышения кредита в банке на две тысячи фунтов, с одного из самых грязных пригородов Лондона, с офиса, который больше походил на конуру.