Шрифт:
– Решили - так пойдем, - подтолкнула она подругу, - не вижу смысла себя изводить тем, что поправить все равно не в силах.
– Золотые слова, - захихикал Фородир, но тут же помрачнел, глядя в карты.
– О, Ноденс! Кто научил тебя так сдавать?
– Два очка, - почти простонала Сийри.
– Всего два очка оставалось же!
Ей нестерпимо хотелось пнуть что-нибудь, но воспоминания о гноме, чуть не лишившемся подметок, были чересчур свежи.
– Ой, да разве это так важно?
– хмыкнула Нита.
– Можно подумать, ты на корову играла.
– При чем тут корова?
– рассеянно поинтересовалась подруга.
– Корова, да будет тебе известно, - нравоучительно сказала девушка, - надежда и опора любого крестьянина. Продуть ее в картишки или, там, в кости - все равно, что сразу признаться: ты - неудачник, каких мало. А это, знаешь…
– Не знаю, но догадываюсь, - задумчиво протянула Сийри.
– Но мне сейчас интереснее другое: как у Ревана оказались три туза?
– Везет просто, - пожала плечами Нита.
– В прошлый раз тебе повезло, сейчас - снова ему…
– Я практически уверена - минимум два туза скинул Фородир в самом начале, - язвительно парировала девушка.
– Еще один пришел ко мне. Какой отсюда вывод?
– Ты можешь ошибаться, - пожала плечами подруга.
– Наверняка же ничего не известно, верно?
– А еще разводы какие-то странные на всех картах, - продолжала Сийри, не слыша подругу.
– Как живые - искрами плещут и меняются постоянно.
– Не заметила я что-то никаких разводов, - отозвалась Нита.
– Мне кажется, подруга, ты уже начинаешь докапываться.
– Вовсе не начинаю, - оскорбленно фыркнула девушка.
– А не веришь - сейчас возьмем у проводника новую колоду. Тогда поглядим - как они завертятся!
Проводник уже возился у громадного, сиявшего начищенной медью титана. Увидев подруг, он улыбнулся:
– Соскучились?
– Размяться решили, - Сийри демонстративно потянулась.
– Еще чаю хочется - просто ужас!
– Нужное дело, - согласился проводник, отодвигаясь от топки с углем. Из кармана появился уже знакомый разрядник, сухо треснуло, в воздухе запахло грозой, а раздробленный молнией уголь занялся веселым пламенем.
– Скоро уже чаек будет, - потер руки проводник, - грош - кипяток, три гроша - с кленовым сиропом, гривенник - за ложечку с подстаканником, чтоб руки не жечь.
– Нам, пожалуй, - задумалась Сийри, - по стакану с сиропом, - в подставленную руку бесшумно легли полугривенник с грошиком.
– Скоро будет, - кивнул проводник, - а за белье сейчас рассчитаетесь или как?
– А почем?
– резонно спросила Нита, прикидывая свои небогатые финансы.
– Подушка - гривенник, тюфяк - пятнадцать грошиков, да простыни с одеялом - еще пятачок.
Сийри скорчила зверскую физиономию - эконом-класс в реальности представал вовсе не экономичным. Нет, конечно - можно было бы пойти на принцип и не брать ни белье, ни прочие "излишества" - но девушки не без оснований боялись: в этом случае ночь на полках, где ни сесть толком невозможно, ни лечь, даже для неприхотливого студента станет чересчур долгой. Девушка огорченно покряхтела - без того невеликие подъемные таяли просто с бешеной скоростью, но предпочла заказать весь комплект.
– О, а карты у вас есть?
– вдруг вспомнила она первоначальную цель прогулки.
– Разумеется, - хмыкнул проводник, - на 36, на 48, на 52 листа - атласные, бархатные, картонные, шитые и печатные - на любой вкус.
– На 36 листов, - откликнулась Сийри.
– Самые дешевые.
– Так они ж развалятся послезавтра, - недовольно протянул проводник.
– Бумага - дрянь, картинок - нет… Единственный плюс - рубашка одинаковая.
– А нам больше не надо, - успокаивающе откликнулась девушка.
– Сколько?
– Пять марок, - гном равнодушно пожал плечами, выуживая из рундука колоду, обернутую в старую газету - судя по всему, коробочки самому дешевому набору не полагалось.
– Пять марок?
– Сийри оторопела.
– Да им на вокзале цена - гривенник!
– На вокзале купите, - хмыкнул проводник.
– А мне цены расчетники ставят - к ним все вопросы.
Нита иронично хмыкнула.
– Нет, спасибо, - твердо возразила она.
– Только чай.
Как только проводник скрылся в своем купе, Нита вдруг, воровато оглянувшись, выудила из потайного кармашка потертую коробочку.