– Я думала, тебе жестко на полу спать.

– Угу, я щас переберусь на твою постель, а ты потихоньку, от нечего делать, пойдешь гулять по городу и весело насвистывать детский мотивчик.
– Предположил я, уловив ее мысли, наблюдая за бледным лицом. Сида вполне справедливо оскалилась и спокойно добавила:

– …и грабить мирных жителей. Хотя нет, они-то об этом еще не скоро узнают.

– Полезай обратно.
– Обозлился я, оттого что сижу здесь, в темноте и перепираюсь с этой… этой… дроу, в общем.
– Сядешь в уголок, посидишь, коль из гостиницы выходить не собираешься.

– С какого это перепуга? Неужто боишься, что на самом деле сбегу?
– Спросила эта язва, хитро прищурившись.

– Да, боюсь. Залезай в угол!
– Грозно добавил я, поднимаясь на ноги и прихватывая за собой покрывало. Перебравшись в угол, я тщательно проследил за Сидой, которая устроилась в уголке, и, приткнувшись спиной к ее подобранным ногам, благополучно заснул. В общем, удостоверился в том, что она никуда не денется. Пошевелится - я проснусь. Надо ей не спать, ради Созидателя, пусть сидит и изучает кляксы теней на стенке, я не против. Лишь бы не сбежала.

– Привет, пацан. А где мама с папой?
– Человек с белыми волосами стоял чуть поодаль от двери, держа в руках неподъемный на взгляд мешок с бурыми пятнами. Он, всамделишный семилетний пацан, нахмурился и попытался принять независимое выражение лица. Человек недовольно моргнул, терпеливо дожидаясь ответа. Мальчик - эльфенок с забавными длинными ушами - не произнес ни слова, зато за спиной, в тонких руках с многочисленными ссадинами, неумело и небыстро вращался метательный нож.

– Ты не расслышал?
– Человек, задумчиво рассмотрел острые уши, намекая что не услышать ими столь громкую фразу… В следующий момент он дернулся с места, и оказался гораздо быстрее, чем мальчик. Нож, не без помощи человека, выпал из худой ладошки, звонко брякнулся о каменный пол.

Из комнаты, будто несомая потоком воздуха, вылетела молодая с виду женщина с изящным эльфийским клинком в руке. Длинное платье путалось, мешая действовать еще быстрее, быть может, это и есть причина ее поражения… Пацан мгновенно дернулся, пытаясь остановить палача, но был отшвырнут в сторону сильной мужской рукой. Эльфийка рухнула на колени, из груди у нее торчал ее же клинок, а глаза с ужасом смотрели на мешок, брошенный на порог. Мужчина, поняв, что она уже не встанет с колен, проследил за ее взглядом, и мотнул головой:

– Знаешь, что там?
– Легкий кивок умирающей женщины.
– Извини, ничего личного… Всего лишь работа.
– Наемник подтащил мешок к эльфийке, аккуратно развязал, подтолкнул ее за шею, склоняя над ним. Что она увидела там? Мертвые… Охотник за головами. Со своими трофеями. Вся семья, весь род. Четверо эльфов. Точнее, их голов.

– Мальчика пожалей… - Прохрипела она на прощанье, а тело уже клонилось к земле.

Мальчик же уже кинулся на убийцу, торопливо подхватив с пола упавший нож - он старался сделать невыполнимое, убить человека с седыми волосами. Тот без затруднения вырвал из хрупкой эльфийской руки нож, швырнул его в стенку, и удостоверившись, что он надежно закрепился там, перехватил пацана.

– Э, нет, просили убивать только здравомыслящих… - Пробормотал он, убирая со лба то ли белые, то ли просто седые волосы и умудряясь удерживать дергающегося пацана одной рукой.

Светлые, практически без намека на какой-либо оттенок волосы надежно покрывали красивое лицо эльфа. На лице темным росчерком зияла царапина, оставленная перчаткой Саленжара. Но эльфы они все красивые. Как и дроу, только у последних более жесткая, резкая красота. Эльфы же изящные, красота их милая, удовлетворяющая глаз, на которую хочется смотреть бесконечно.

И тут я заметила свою руку, которая медленно и неуверенно тянулась к шелковистым волосам. Бледная рука, с посиневшими от холода ногтями, неестественно белая посреди ночной темноты неуютной комнаты. И волосы у него тоже красивые, пусть и бесцветные… Я несмело коснулась их, кончиками пальцев, боясь потревожить спящего.

Наверное, зря я это сделала…

И дело не в том, что я сильно привязалась к этому эльфу, просто воспоминания в виде заблудших снов мне сейчас наблюдать… тяжко… Как не вовремя…

… Лерт зашевелился, недовольно поморщился, гримаса на лице отобразила множество эмоций. Я вздрогнула, поторапливаясь убрать руку с его виска, но не успела и замерла, внимательно глядя в его янтарные чуть раскосые глаза. Чуть вскинутая голова качнулась, он вновь расслабился, а моя рука опять легла на горячий лоб. На этот раз уверенно и без боязни последствий. Лбом я уперлась в неприятную промерзлую стенку, и прикрыла глаза. Лерт как-то неуловимо потянулся, руки обвились вокруг моей талии, щека прижалась к моему боку. Спокойно… Стало спокойно и уютно, будто всю жизнь мы так сидели, чувствуя друг друга.