Отряд хозобслуги не был допущен к соревнованиям (а потому что козлы!). Четвертый отряд неожиданно оказался без предводителя: Леху Бузу закрыли в БУР за грандиозную пьянку. Он замутил ее со своей пристяжью по случаю великого праздника арестантского народа - Дня взятия Бастилии. Нажравшись, Леха поперся выяснять отношения со своим "отрядным", который дежурил в эту ночь по зоне. Но до офицера он так и не добрался. На выходе из "жилухи"12 прапорщики перехватили "смотрящего", отметелили его дубиналом и сходу сволокли в "кадушку"13.

– Вот сучий потрох!
– возмутился Енот, услышав о происшествии.
– Вроде битый каторжанин, вся жопа в шрамах - а такие косяки мочит. Не "смотрящие" на зоне, а бандерлоги! Сорвут, падлюки, мероприятие...

Вскоре "положенца" ожидал новый удар. Победитель отборочного конкурса из пятого отряда, Саня Шароеб, неожиданно подхватил триппер от "обиженника"14 с нового этапа - молоденького смазливого парнишки со взором невинного младенца. Младенец сам влетел за растление малолетки, в тюремной хате был "оприходован" и с тайным подарком невесть от кого прикатил на "строгача". Саню и его полюбовника выломили на больничку, а отряд посадили на карантин, поскольку выяснилось, что, как говорится, не одна я в поле кувыркалась...

И все же назло превратностям судьбы июльским субботним вечером в комнате отдыха второго отряда - вотчине Михаила Павловича Безродного, он же Миша Енот, - состоялся финальный конкурс соревнований под кодовым названием "Дятел-99". Конечно, в большинстве своем собрались аборигены, но подтянулось немало ловкачей и из других отрядов. Несмотря на систему локальных участков, разделявших арестантские бараки, полной изоляции участков на зоне достичь почти невозможно. За пачку сигарет или чая, по знакомству, а то и просто за демонстрацию крепкого кулака вахтер на калитке всегда пропустит пассажира куда тому надо. Главное - на прапора не нарваться...

Так что к началу чудесного действа помещение не вместило всех желающих. Наиболее дальновидные занимали места за два часа до премьеры. Жюри состояло из пяти авторитетных представителей "братвы". Сам Енот в него не вошел принципиально - "чтоб никто не гавкал потом, что я за кого-то мазу тяну15!" Он вальяжно раскинул мослы16 в стороне у окна. Рядом, как фитиль, торчал долговязый Жора Лещ.

Претенденты расположились в первом ряду. Перед ними был расчищен пятачок свободного пространства, и каждый рассказчик должен был выходить в центр, чтобы предстать перед сотнями глаз и ушей.

– Ну что, не будем тянуть кота за яйца, - подал голос от окна Михаил Палыч и сделал отмашку своей короткопалой пятерней.
– Начнем, что ли...

– Стоп, машина!
– неожиданно раздался из жюри возмущенный голос Вани-Ломщика.
– Что за прокладки17? В натуре, Енот, ты ж сказал, что будет пять отрядов. А почему тогда шесть пассажиров?!

Енот внимательно пересчитал. Точно - шесть.

– Э, быки, кто тут косорезит?
– недовольно обратился он к претендентам.
– Вы чего, за Винни-Пуха меня держите? У меня чего, батон опилками набит? Я до шести считать умею!

– Народ, не надо гнать волну!
– успокоил всех Витя Малыш, выскочив откуда-то внезапно, как черт из табакерки.
– От моего отряда двое выступают.

– А ты че, самый блатной?
– возмутились задние ряды.
– Юный молодогвардеец?! Может, еще приволокешь свою покойную прабабушку?

– Спокуха!
– гаркнул Жора Лещ, поймав маяк от шефа.
– Базар килма/!18 Витя, что за вольты/?19 На/ пса нам эти сиамские близнецы? "Мы с Тамарой ходим парой"...

– Вот именно!
– обрадовался Малыш.
– Они на пару загремели! Подельники! По справедливости, значит, и выступают набздюм20.

– Ну, лады, - милостиво позволил Енот.
– Вот пусть первыми и гонят свою гонку.

****************

РАССКАЗ СИАМСКИХ БЛИЗНЕЦОВ

КОРОЧЕ, ЭТА ХОДКА У МЕНЯ ТРЕТЬЯ а у меня вторая. Прежде я как мальчик из интеллигентной еврейской семьи судился за развратные действия, оскорбление депутата и незаконное пользование знаком Красного Креста. Последний раз откинулся в 94-м, три года в Ярославле кантовался, в фотоателье. Хорошее у нас ателье было, девочки - маргаритки, сосали с проглотом, как телок у мамки! А я тебе за что? Такое художественное фото делали - у жмурика художества под высь взлетят, как елда останкинская! Ксиву по пьяне посеял не то чтоб расстроился она все равно липовая я уж полгода был в розыске но че-то надо же на кармане таскать заваливаю але-мале це ж Миня в натуре скока лет скока зим забацай по-братски ну гай-гуй соски-елочки интересно девки пляшут я ему и нарисовал картину. Грабанули они эту церковь где-то в глубокой Кацапетовке, а в Питере дали им пацаны набой21 на одного крестовика22, и тот забашлял за доски23 конкретно, как Иисус блуднице. Он же и маякнул24 на предмет деревни Хреново Пердиловского уезда. Там и нужно-то работнуть25 одну иконку, церквушка на ладан дышит, клюковка26 голимая... Навернете27, говорит, будете в капусте, как кролики. А эти два марушника28 сраных вместо чтобы на верное дело идти, штопорнули29 какого-то клиента в столице нашей Родины... А за Тель-Авив - попорчу хрюкало! Так штопорнули, что этот кузя ласты склеил30. Кента Игорькова менты в тот же день на бану приняли31, а он сам успел сделать ноги.

Как, значит, Изя изложил мне это скорбное сказанье, я въехал, на что он мне намекивает. Конечно, я с моими мокрощелками32 имел тихий и верный бизнес - клиентура прибитая, коллектив высокой культуры облизывания... Но в последнее время предложение стало круто опережать спрос. Девки все пребывают, откуда - хрен его знает; что ли, методом почкования размножаются. Создается нездоровая конкуренция - трахать их некому: ярославским труженикам регулярно задерживают зарплату, а у постоянного контингента любителей художественной фотографии потенция не выдерживает такой напряженной половой палитры. Ну чего ж, говорю Изе, валяй. Поедем поклониться святым мощам. Мне, в принципе, по фигу, что мечеть, что синагога. Лишь бы люди были хорошие. А я в натуре православный атеист.