– Выбираемся, пожалуй. – Годимир показал Олешеку, чтобы взял девчонку за рукав, а то, не приведи Господь, отвлечешься, а она снова удерет.

– Вижу, поймали вора! – осклабился Ярош. – Ух, ты! Во дела! Девка?

– Сам ты девка, мерзавец! – выкрикнула пойманная.

– Я – девка? – удивился разбойник. – Не. Это ты ошиблась, пожалуй.

– Противная девка, ух, какая противная, понимаешь, – вмешался Дорофей. – Ты гляди… А не боишься? Мы ведь и ремешком можем, и розгой, а можем и…

– Заткнись! – побелел Ярош, аж перекосило его. – Охолонь! Я тебе не Сыдор!

– Да я чо? Я ничо… – забормотал бортник, вытирая бороду рукавом. Он втянул голову в плечи, съежился, стал еще меньше ростом и скрылся где-то за серым.

– Пошли, что ли? – махнул головой Ярош.

– Идем, – согласился Годимир. Взял коня под уздцы.

Шагая вперед, он не оглядывался, но слышал, как девчонка честит Олешека:

– Что ты в меня вцепился как клещ? Синяк на руке будет!

Шпильман не отвечал. Молчали и Ярош с Дорофеем.

У самой околицы рыцарь оглянулся. Девчонка что-то рассказывала шпильману, опираясь на его руку. Ну, чисто панночка на балу. И кто кого держать должен, чтоб не убежал?

– Удивительное дело, – задумчиво проговорил Ярош. – Девка. Одна. В этих краях… Не сходится, пожалуй…

– Что не сходится? – удивился Годимир.

– В этой глуши не всякий мужик, здоровый и при оружии, выживет. А тут девка…

– Ну, так и не местная ведь.

– Да. Не местная. Иначе Дорофей узнал бы.

– Переселенцы тут какие-нибудь не проезжали?

– Да откуда мне знать? С тобой вместе, пан рыцарь, приехал.

– А может, из старателей… – протянул словинец и вдруг хлопнул себя по лбу. – Оп-па!!!

– Ты чего это, пан рыцарь? – покосился на него Ярош.

– Кажись, догадался я!

– О чем же?

– Ты королевну Аделию в глаза видал когда-нибудь?

– Нет… Что? Эк ты хватил, пан рыцарь! Не может быть!

– Почему не может?

– Ты же сам говорил – ее дракон унес.

– Ну, может, и унес. Но не съел. Откуда мне знать, что драконы с королевнами делают?

– Ох, сказал бы я тебе…

– Перестань! А вдруг она от него удрала?

– От дракона? Не верю. Да я и в драконов не верю! Сказки это все!

– А кто стожки селянам пожег? А пожар в замке королевском?

– Да мало ли что там загорелось?

– Ты там не был, а я видел! От свечи опрокинутой такого пожара не будет.

– Все равно не верю! И одежа у нее, прямо скажу, не королевская…

Годимир задумался. Это был сильный довод. Он тоже не представлял королевских дочек, блуждающих по лесам в мужских портках, разбитых опорках и распоясанной домотканой рубахе. А с другой стороны, поди узнай, какие причуды у панночек королевской крови?

Вот и подворье Дорофея. Олешек первым делом вытащил цистру из-под корыта, придирчиво осмотрел, словно кто-то ее трогал без него.

– Ух ты! Дай посмотреть! – тут же потянулась девчонка.

– Еще чего! – Шпильман опасливо отодвинулся, заслоняя инструмент собой.

– Вот жадный!

Ярош перевернул лежавший на боку кувшин донышком вверх, похлопал ладонью, провел пальцем по краю и вздохнул.

– Да, похмелиться бы не помешало, – согласился бортник. – Сбегать?

– И не думайте! – прикрикнул на них Годимир. – Не время!

Он обошел корыто и остатки вчерашнего кутежа и остановился так, чтобы видеть глаза девушки:

– Тебя как зовут?

– Не скажу! – дерзко ответила она и сжала кулачки.

– Зря. Я – странствующий рыцарь, Годимир из Чечевичей герба Косой Крест. Если ты нуждаешься в помощи, тебе не обязательно воровать мой меч. Можно просто сказать, что за беда.

Она не ответила, гордо задрав подбородок и рассматривая вьющихся в небесной сини стрижей.

– Ладно… – Годимир решил не сдаваться, пока не выяснит все подробности и не найдет ответы на все мучающие его вопросы. – Спрошу по-другому. Ты – королевна Аделия?

Девчонка зыркнула на него огромными серыми глазищами, мельком огляделась по сторонам – не услышал ли кто? Закусила губу.

– Можешь не отвечать, – усмехнулся Годимир. – Я уже и так догадался.

Тут сбоку к нему придвинулся Ярош и, дыша перегаром в ухо, прошептал:

– А ты руки ее видел? Тоже, скажешь, королевские руки?

Да, руки у предполагаемой королевны ничем не отличались от рук любой чернавки из господского замка. Под ногтями – грязь, на одном из пальцев большая ссадина. И все же…