На прямоугольнике черного цвета желтым шрифтом было напечатано:

В карточке указывался также номер мобильного телефона профессора.

«Что же этот человек может знать про смерть такое, чего не дано никому другому?» – задумался Дмитрий с почтительным недоверием разглядывая визитку.

Колодков вернулся очень быстро. Он принес с собой большую потрепанную сумку и сунул ее под стол. Потом, никак не реагируя на обращенный на него вопросительный взор капитана, уселся на свой стул и стал молча разглядывать большой настенный календарь с изображением полуобнаженной Наоми Кемпбелл. В свое время руководство управления в лице полковника Крутилина повелело «убрать порнографию с глаз дохлой». Сергей тогда подчинился, но через день-другой водрузил эту красочную полиграфическую : продукцию на прежнее место. Как ни странно, начальство поданному поводу более не возникало.

Так Колодков и сидел, пока снова не зазвонил его мобильник.

После короткого и вроде бы ничего не значащего разговора старший лейтенант повернулся к Бороздину:

– Поздравляю! Твоя… – Но, наткнувшись на жесткий взгляд капитана, Сергей несколько стушевался. – В общем, Арзаева купила на черном рынке глушитель для пистолета ПМ и две обоймы к нему.

– Когда купила? – обалдело спросил Бороздин.

– Вчера. Ближе к обеду. Тогда еще наши осведомители снимка Арзаевой не имели, но мой парень ее хорошо запомнил.

– Я не понимаю, что все это значит. – Капитан тоскливо покрутил головой.

Тут дверь кабинета отворилась, и вошел Лева Зайцев с выражением крайнего недоумения на лице. В руках он держал какую-то папку. Майор протянул ее старшему оперуполномоченному.

– Здесь акт криминалистической экспертизы пули, которой пробили голову спартаковскому фанату. Ты, Димыч, у нас всегда считался самым башковитым. Может, ты объяснишь всем нам, круглым идиотам, в чем тут дело? А?

Капитан открыл папку. Из акта баллистической экспертизы явствовало, что пуля, остановившая жизнь несчастного спартаковского болельщика, была выпущена из того же ствола, что и шесть предыдущих, погубивших и любовную парочку, и Человека со Шнурком.

Глупая шуточка Сереги Колодкова, будто Арзаева застрелила и спартаковского фаната, приобрела теперь вполне реальный смысл.

Поскольку Бороздин словно окаменел и никакой реакции от него майор Зайцев так и не дождался, он взял инициативу в свои руки:

– Всё! Оформляем Арзаеву в федеральный розыск, а по месту ее рождения, в Надтеречный район Чечни, отправляем группу захвата. Я сейчас же иду к начальнику управления и обо всем с ним договорюсь.

– Не надо, – глухо произнес капитан.

– Чего не надо?! – В голосе начальника отдела стали отчетливо ощущаться элементы истерики.

– Не надо посылать в Чечню спецназ. Серега говорит, – Дмитрий кивнул на своего напарника, – что его осведомитель видел вчера днем Арзаеву на оружейном рынке. Там она закупала боевое снаряжение, а значит, решила остаться в Москве.

– Блин! – взвился Зайцев. – Она хоть по паспорту и русская, по наверняка по крови – чеченка. Мне кажется, здесь пахнет террором! Не передать ли нам это дело в ФСБ?

– Чекисты его не возьмут, поскольку признаков террора пока не наблюдается. – Капитан встал с места, подошел к окну и закурил, выпуская дым в форточку. – Стрелять из этого пистолета могла и не Арзаева.

– А кто же еще?! – в один голос воскликнули Зайцев и Колодков.

– Откуда мне знать? Что мы вообще ведаем о жизни и смерти?

Данная фраза была навеяна недавним разговором Дмитрия с профессором Кругом, но поскольку собеседники Бороздина ничего об этом не знали, они многозначительно переглянулись: не поехала ли у капитана крыша от слишком больших нервных перегрузок?

– Так что ты все-таки предлагаешь делать? – осторожно, как в разговоре с больным, спросил старшего оперуполномоченного начальник отдела.

Дмитрий окинул его вполне, однако, здравомыслящим взглядом:

– Продолжать работать, как обычно, по плану: установить наследников Карнаухова, навестить вечерком Ольгу Агапову и ждать звонка от Новосельцева. Ну а насчет федерального розыска… воля ваша. Но повторяю: очевидно, что Арзаева осталась в Москве или кантуется где-то в области. Для чего же поднимать на ноги службы всей России?