На улице, прежде чем сесть в машину, они остановились передымить.

– Ну и что, Димыч, ты теперь по этому делу думаешь? – поинтересовался Колодков.

– Версией номер один остается убийство Арзаевой мужа и его любовницы из ревности и мести. Но то, что сообщил Новосельцев, наводит на мысль, что девушку могли грамотно подставить. Будем считать это версией номер два. – У Бороздина действительно возникла надежда на этот второй вариант.

Старший лейтенант покачал головой:

– А не слишком ли это сложная комбинация для обычного уголовника, пусть он и в самом что ни на есть авторитете? Ведь обычно братки решают свои проблемы весьма тривиальным образом. Для таких дел существуют киллеры.

– Ладно, рановато нам голову над этим ломать – поехали в «Монмартр». – И капитан выкинул окурок.

Едва они забрались в салон «Самары», запрещал мобильник Бороздина.

– Димыч? Зайцев беспокоит. Только что нашли совершенно свежий труп в районе Раменок. Это там, где отходит местная железка от Киевской железной дороги. Сгоняй туда по-быстрому.

– Лева! – взмолился капитан. – Я же веду расследование о двойном убийстве!

А чего тут расследовать? Арзаева скрылась, и ее ищут в установленном, так сказать, порядке. Вина ее практически доказана. В кухне, где были застрелены любовнички, следы только их обуви и неких женских туфель тридцать седьмого размера. Точно такой размер носит Арзаева – это уже установлено. Кроме того, на ручке входной двери обнаружены совершенно четкие, а значит, абсолютно свежие отпечатки ее пальчиков.

– А откуда взялись образцы этих отпечатков? – спросил Дмитрий с невольным чувством досады.

– Наши люди побывали у нее на работе. Ты думаешь, вы только вдвоем с Колодковым над этим делом работаете? Короче, отпечатки сняли с чашки, из которой Арзаева пила кофе.

– Но у нас появились новые данные и новая версия! Установлена личность убитой!

– Да, конечно, Анна Малахова. Она работала в «Монмартре». Замужем за неким Петром Малаховым. Темный делец. Дважды попадал под следствие, оба раза подозревался в незаконной торговле золотом. Но до суда дело не доходило. Изворотливый дядя.

– Так надо же его допросить!

– К нему домой уже съездили. На месте его нет, работать он нигде не работает. Пенсионер наш Малахов.

– А мобильный у него есть?

– Похоже, нет. Во всяком случае, сей факт не установлен.

– Надо бы у его дома кого-нибудь из наших оставить.

– Уже оставил. Давай дуй в Раменки!

– Ладно, – вздохнул капитан, – уже дую.

…Бороздин еще издалека увидел милицейское оцепление, что не могло его не обрадовать – сразу стало ясно, куда рулить. А то начальник отдела дал слишком расплывчатый ориентир, и наверняка пришлось бы блуждать между бесчисленными здесь складами, гаражами и даже огородами.

Капитана как городского по рождению и местожительству человека вообще удивляла эта местность. Здесь, совсем не на окраине Москвы, сохранились деревянные избушки, можно сказать, на курьих ножках, возделывались садово-огородные участки и ютились вдоль железной дороги многочисленные голубятни, мода на которые прошла много лет назад.

Вот между одной из таких голубятен и непонятного назначения складом и лежало тело молодого парня, на вид не более семнадцати лет. На правом его виске запеклась кровь.

Трупом уже занимался судмедэксперт.

– Что скажете, док? – обратился к нему Дмитрий с привычным вопросом.

– Убит пулей в висок с близкого расстояния. Не более чем час назад.

Тут к Бороздину подошел молодой лейтенант и, представившись дознавателем из районного отдела милиции, попросил его предъявить документы. Ознакомившись с ними, он практически приволок за рукав какого-то плюгавого старикана.

– Товарищ капитан! Вот этот человек с полчаса назад обнаружил труп. – Лейтенант оглядел старика с ног до головы и, видимо, усомнившись в его способности вести членораздельную речь, пояснил: – Старик работает на соседнем складе сторожем. В этих местах частенько алкаши сходятся. Дед решил поднабрать пустых бутылок, и вот…

Капитан не удивлялся тому, что показания вместо свидетеля-сторожа дает дознаватель – дед был в доску пьян. Бороздин удивлялся другому, как в таком состоянии сторож смог вызвать милицию. Сработал, видимо, профессиональный рефлекс.

– А выстрела он не слышал? – обратился капитан опять-таки к дознавателю.

– Нет. Да и голосов никаких – тоже. Я спрашивал.

– А кроме этого сторожа, другие лица в данных местах обитают?

– В двух ближайших складах сидят по охраннику, но они не в лучшем состоянии, чем этот. – Дознаватель кивнул в сторону еле стоящего на ногах единственного свидетеля.

– Пусть ваши ребята проверят все же и более отдаленные склады – вдруг да кто-нибудь что-то видел или слышал. То, что может нас заинтересовать. А документы какие-нибудь у парня нашли? Или какие-либо бумаги?

– Нет. Только билет на сегодняшний матч «Спартак» – ЦСКА. Не доведется уже бедняге его посмотреть…

Тут Дмитрий снова бросил взгляд на труп и обнаружил то, па что ранее не обратил особого внимания – шею парня обвивал красно-белый шарф со спартаковской символикой.

Капитан обернулся к напарнику: