Девушка принимала вампиров на себя, в упор расстреливая их. Кто-то присоединился к ним, добивая и срубая головы неверных. Однако выстрелы послышались и со стороны центра города. Праведные, все как один, тревожно устремили взоры к источнику шума. Мысль была ясна. Идёт подкрепление Тьмы! А значит, всем уцелевшим Праведным конец. Против такой армии им не устоять. Милана и Морлок переглянулись, прощаясь, не прекращая сражения, не упуская ни одного удобного момента для ударов. Но волки, вампиры и обращённые рабы Тьмы получили одним им известный призыв и начали спешно отступать. Такого поворота никто не ожидал. Тьма сдалась в этой битве. Те, что бежали, были убиты в спину, вопреки законам чести, потому как война в "новом" мире имела иные правила. Нельзя было допустить широкого распространения "заразы" здесь. Добивали всех, кто попадал в поле ближайшей видимости Праведных. Улица Свободы теперь была усеяна трупами и пеплом, обильно залита кровью. Через каких-то полчаса всё стихло, будто ничего не было. Лишь стоны раненых братьев и сестёр и одиночные выстрелы чистильщиков раздавались в округе. Милана поспешила на помощь раненым. Морлок велел переносить их в театр через главный вход. Четверо сильных мужчин вышибли укреплённые изнутри массивные двери. Раненых вносили быстро. Морлок не успевал считать их. Но заметил среди них знакомое лицо и устремился внутрь. Молодой юноша был неузнаваем. Его белоснежная когда-то рубашка была разодрана в клочья на груди и до черноты пропитана кровью. Лицо юноши было так же окровавлено. Самое главное и смертельное ранение было нанесено пулей в ключицу. Парень не мог шевелиться, и каждое неосторожное движение переносящих его мужчин, вызывало жуткую боль. Наконец, его уложили на сиденья зрительного зала. Морлок склонился над ним и разодрал остатки рубашки. Раны от когтей на груди были неглубокими, но крови было потеряно слишком много.

– -Ничего, мальчик, потерпи... Ты слышишь меня, Эллао? Слышишь? Это Морлок.

– -Д-да...
– - хрипло отозвался юноша.

– -Терпи. С тобой это не впервые. Давай-ка посмотрим, что у тебя с шеей...

– -Нет!
– - Эллао дёрнулся, причинив самому себе страшную боль.

– -Тише, мальчик! Башку себе оторвёшь, если будешь так дёргаться!
– - прикрикнул на него Морлок, потому что связки на шее Эллао были порваны.

Вампир полоснул по своему запястью и приложил его к губам юноши. Густой эликсир жизни пропитал тело раненого изнутри, и раны на груди начали понемногу затягиваться. Однако шея по-прежнему выглядела безжизненно.

– -Отдохни немного. Тебе не нужно шевелиться. Полежи здесь немного. Я пришлю кого-нибудь.

Милана так же отдала несколько глотков своей крови, хоть и была ранена сама. Они снова встретились с Морлоком в зале в проходе меж рядов.

– -Хорошая работа!
– - улыбнулся он ей.

Девушка обняла его, так же поздравляя с победой. Оба рухнули на сиденья, не в силах более стоять на ногах. Морлок устало глядел на вампиршу и пытался понять, что её беспокоит.

– -Ты из-за Дориана такая?

– -Что?
– - она недовольно сдвинула брови, глядя на него.

– -Я видел, как вы... "радовались встрече"...

– -Я ненавижу его больше сотни лет и не желаю ни произносить, ни слышать это имя...
– - отчеканила девушка.

– -Он твой хозяин?..
– - продолжал Морлок, сильно рискуя.

– -Чёрт бы тебя побрал! Я же ясно сказала, что не желаю говорить о нём!
– - взорвалась Милана.

Вампир отсел подальше, чтобы не злить её ещё больше, но девушка подняла на него глаза и сама заговорила.

– -Да. Он обратил меня две с лишним сотни лет назад. Это было самым добрым его поступком по отношению ко мне. Если ты так же свято веришь в него, как и все здесь, ты вряд ли поверишь, если я скажу, какой мразью он был тогда.

– -Почти у всех Праведных такое прошлое, что о нём лучше не вспоминать. И у меня и, мне кажется, у тебя тоже. Ведь так?
– - мягко ответил Морлок.

– -Так...
– - она отвела глаза, и прядь тёмных волос прикрыла её лицо, -- Но он поступил со мной бесчеловечно, зная, как сильна была моя любовь к нему. Подонок запер меня. Я умирала там, внизу. Он наслаждался жизнью и молодыми деревенскими девками, а я гнила заживо в подвале его усадьбы... Скажи, что бы ты сделал с таким человеком после того, как выбрался бы из темницы.

– -Он бы долго умирал, и сам просил бы о смерти, как об избавлении.

– -Я оставила его. Я просто исчезла из его жизни. Теперь... не могу его видеть! Нет сил сознавать, что он помнит всё, так же как я...

– -Забудь. Ты сильный воин. В тебе есть силы, чтобы быть выше мести.

– -Я уже давно нашла бы способ покончить с ним, если бы... не простила...

Девушка прилегла на сиденья. Морлок был бы рад последовать её примеру, но нужно было продолжить обход раненых и обеспечить охрану театра, кроме того, доложить Дориану обо всём.

Милана хотела уснуть, но ей не удавалось. Она окликнула уходившего Морлока, и тот вернулся.

– -Ты видел его, этого волка, вампира, с которым я сцепилась?
– - задумчиво произнесла она.

– -Вампира?

– -Да. У него волчий тотем, но он не оборотень. Этот ублюдок перевоплотился, и я видела его клыки. Он... кажется таким знакомым, но, в то же время... Я не понимаю, с чем он связан в моей жизни, но я уже где-то видела его.

– -Я бы сказал тебе, если бы знал его, -- покачал головой Морлок.

Милана прикрыла глаза, чувствуя, что близка к разгадке. Смутные картинки, обрывки воспоминаний недавнего прошлого.

– - Кваренс, светский приём князя Ангрифа. Я, кажется, вспоминаю, но... Что-то не так. Он не мог быть там. Этот молодой красавчик был представлен как выдающийся боец его дружины. Потом его, кажется, очень неплохо наградили...

– -Опиши его.

– -Он высокий, плечистый, нижняя челюсть чуть вперёд... в левом ухе монета... Вот оно!

– -У него тёмные короткие волосы?