— Эй! Ты куда?

Оскар захлопнул дверь и побежал вниз по лестнице и дальше, к бассейну, шлепая болтающимися на ногах ботинками.

— Рогер, Преббе...

Джимми указал пластмассовой вилкой на пацанов, вышедших из метро. Порция салата из креветок, которую Йонни только что отправил в рот, застряла у него в горле, и ему пришлось лишний раз сглотнуть, чтобы не подавиться. Он вопросительно взглянул на своего брата, но внимание Джимми было обращено на двух парней, которые подвалили к киоску с хот-догами и обменялись приветствиями.

Рогер был худой, с длинными нечесаными волосами и в кожаной куртке. Его лицо было испещрено сотней крошечных кратеров, а кожа так плотно обтягивала череп, будто села при стирке. Глаза на этом лице казались неестественно большими.

На Преббе была джинсовая куртка с отрезанными рукавами, а под ней футболка, хотя на улице было всего пара градусов выше нуля. Здоровенный бык. Внушительные формы, короткий ежик. Пехотинец, потерявший форму.

Джимми что-то им сказал, кивнул, и они двинули в сторону трансформаторной будки над туннелем. Йонни прошептал:

— А зачем они здесь?

— Нам помочь, понятное дело.

— А нам что, нужна помощь?

Джимми усмехнулся и покачал головой, будто удивляясь наивности Йонни:

— А с физруком, по-твоему, как быть?

— С Авилой?

— Ну да. Думаешь, он будет просто стоять и смотреть, как мы туда вваливаемся и...

На это Йонни нечего было ответить, и он молча последовал за братом за небольшой кирпичный домик.

Рогер и Преббе топтались в тени, засунув руки в карманы. Джимми достал серебряный портсигар, открыл и протянул приятелям.

Рогер внимательно изучил шесть самокруток, лежавших в портсигаре, и со словами «О, готовые, ништяк» взял себе самую толстую и зажал ее между двумя тонкими пальцами.

Преббе поморщился, отчего стал похож на старикашек из «Маппет-шоу».

— В лежалых кайфа нет.

Джимми пододвинул портсигар ближе, ответил:

— Хорош ломаться, как целка. Я их час назад забил. Это тебе не марокканское говно, которое ты куришь. Мощняк!

Преббе запыхтел и взял самокрутку, прикурив от Рогера.

Йонни посмотрел на своего брата. Лицо Джимми резким силуэтом выделялось на фоне освещенного перрона метро. Йонни им восхищался, размышляя, сможет ли он сам когда-нибудь стать настолько крутым, чтобы говорить так Преббе: «Ломаешься, как целка».

Джимми тоже взял одну, прикурил. Скрученная папиросная бумага затлела. Он сделал глубокую затяжку, и Йонни окружил сладковатый запах, которым вечно пахла одежда брата.

Они немного покурили в тишине. Потом Рогер предложил косяк Йонни:

— Дунешь?

Йонни уже протянул было руку, но Джимми стукнул Рогера по плечу:

— Идиот. Хочешь, чтобы он таким, как ты, вырос?

— А что, было бы неплохо.

— Для тебя, может, неплохо. А для него — плохо.

Рогер пожал плечами и убрал косяк.

Когда они докурили, часы показывали половину седьмого. Джимми заговорил, нарочито артикулируя, будто каждое слово, выходившее из его рта, было сложным архитектурным сооружением.

— Короче. Это Йонни. Мой братан.

Рогер и Преббе понимающе кивнули. Джимми неловким движением взял Йонни за подбородок, повернув лицо в профиль к приятелям.

— Видали ухо? Тот ублюдок постарался. С которым мы сегодня побеседуем.

Рогер подошел, изучил ухо Йонни, причмокнул губами:

— Да, нехило он тебя.

— Экспертные мнения оставить при себе. Лучше слушайте сюда. Значит, так...

Решетка в коридоре между кирпичных стен была открыта. «Топ-топ» — выстукивали ботинки Оскара по полу, пока он шел ко входу в бассейн. Когда он открыл дверь, влажное тепло окутало его лицо и облако пара вырвалось в выстуженный коридор. Он поспешно вошел и закрыл дверь за собой.

Скинув ботинки, он прошел в раздевалку. Пусто. Из душевой доносились плеск воды и чей-то бас:

Физрук. He снимая куртки, Оскар уселся на ближайшую скамью и принялся ждать. Вскоре пение и плеск прекратились, и физрук вышел из душевой кабины, обернув полотенце вокруг бедер. Грудь его оказалась заросшей черными кучерявыми волосами с легкой проседью. Оскару подумалось, что он выглядит как пришелец с другой планеты. Увидев его, Авила расплылся в широкой улыбке: