Теперь Уил не сомневался, что именно Селимус подослал к нему убийц и приказал им привезти его палец. Он взглянул на свои руки. Внимание привлек перстень с печаткой. Наверное, король потребовал, чтобы в качестве доказательства смерти Корелди убийцы доставили ему палец с этим приметным перстнем. Вопль ярости вырвался из горла. Ну что ж, Селимус получит то, что заслужил.

Уил взял свой меч и, превозмогая боль, одним мощным ударом отрубил Джерико голову. Жуткий трофей — язык высунулся изо рта, глаза выпучены. Сняв с трупа рубашку, Уил сложил ее несколько раз и завернул в нее голову, надеясь, что кровь не просочится сквозь плотную ткань. К счастью, рубашка была черной, и пятна крови на ней не проступали.

Морщась от отвращения, Уил оттащил трупы в кусты. Волки или другие лесные хищники наверняка позаботятся о них. Он выбрался из леса, пошатываясь и держа под мышкой голову Джерико, предназначавшуюся в подарок Селимусу. Порывшись на городской помойке, Уил нашел подходящий ящик, положил в него страшный трофей, припрятал посылку — до ближайшей оказии — и только после этого рухнул на землю.

Очнувшись, Уил обнаружил, что лежит в постели. Сначала он решил, что желание оказаться в тепле и уюте сыграло с ним злую шутку, и он просто бредит. Однако пуховое, мягкое на ощупь одеяло было самым что ни на есть настоящим. В комнате пахло чем-то приятным. Похоже, где-то рядом женщина. И верно — хозяйка комнаты склонилась над ним, и Уил сразу же узнал ее.

— Умоляю, не бей меня, Арлин, — прохрипел он, и его губы скривились в усмешке.

Женщина издала смешок.

— Мне очень хотелось поколотить тебя, Ромен, пока ты был без сознания, но я сдержалась. Скажи, что произошло с тобой сегодня ночью?

— Это длинная история. Ты поверила бы, если бы я сказал, что все это случилось из-за тебя?

— Нет, потому что ты — лгун, обманщик и негодяй. Я выставлю тебя за дверь, как только сможешь подняться на ноги.

Уил встревожился.

— Значит, мои дела плохи? — спросил он.

— Лекарь говорит, что ты по меньшей мере пару дней не сможешь двигаться.

— И все это время буду в полной твоей власти, — промолвил Уил, удивляясь самому себе.

Он обожал женщин, но в их обществе всегда чувствовал себя скованно и подчас от смущения не мог связать двух слов. Например, в присутствии Валентины его охватил трепет, к горлу подступил комок; он так растерялся, что с трудом отвечал на ее вопросы. А сейчас спокойно лежал в постели красивой женщины и непринужденно с ней болтал. Оказывается, вместе с телом Ромена к нему перешло и умение легко общаться с прекрасным полом.

— О чем задумался? — спросила Арлин и, выжав полотняную салфетку над тазиком с холодной водой, положила ее на лоб больному.

Выражение ее лица заметно смягчилось.

— Думаю о том, что очень дурно поступил с тобой.

Арлин внимательно посмотрела на него.

— Ты очень обидел меня, Ромен.

Уил взял ее руку и прижал к своей груди.

— Знаю, и хочу тебе все объяснить.

— Не сейчас. — Арлин взяла со столика чашку с какой-то жидкостью и поднесла к губам Уила. — Тебе нельзя волноваться, так сказал лекарь. Выпей настой.

Уил сделал глоток и поморщился от отвращения.

— А теперь спи, — улыбнувшись, сказала Арлин.

— Как я здесь очутился? — спросил сквозь дрему Уил.

— К моему порогу тебя притащила огромная черная собака, — ответила, качая головой, Арлин.

Уил тихо засмеялся, не открывая глаз.

— Ее зовут Нейв.

— Да хоть Король Селимус, мне до нее дела нет, — проворчала Арлин. — В дом я ее не впустила. Сидит на улице.

— Спасибо за участие, — пробормотал Уил и погрузился в сон.

Уил проснулся, когда за окном уже сгустились сумерки. Очень хотелось есть, но, кроме голода, он испытывал острую потребность облегчить мочевой пузырь. Не желая выглядеть смешным в глазах Арлин, Уил попытался встать и найти ночной горшок. Это ему удалось. Едва он успел помочиться, как в комнату вошла хозяйка дома, которая, очевидно, услышала шум в спальне.

— Тебе нельзя вставать, — с упреком сказала она.

— Больше не мог терпеть, — смущенно промолвил Уил.

— Сейчас дам тебе поесть, а потом мы поговорим.

Ужин был восхитительный. С огромным удовольствием поглощая великолепно приготовленные блюда, Уил думал о том, что неплохо бы расспросить Арлин о ее отношениях с Роменом. Но как? Уил догадывался, что Ромен попал в ловушку, расставленную Арлин, и, не долго думая, сбежал от нее, не желая жениться. Судя по всему, Корелди в отличие от него был бабником. И теперь Уилу предстояло загладить вину Ромена перед этой женщиной.

Когда Уил поел, Арлин принесла тазик с водой, чтобы он вымыл руки и лицо, а затем села на стоявшую возле кровати табуретку.