Расстояние между «группой спасения» и скорпионо-пауком продолжало сокращаться.

— Вижу! — раздался возбуждённый голос Евгения. — Захожу на цель. Где вы эту штуку откопали?

— Нигде. Она сама «откопалась» — на нашу голову.

— Спрячьтесь за выступ, а то осколками камней порежет!

Рыкнула в вышине авиационная пушка. От «хантера» во все стороны полетели ошмётки плоти.

— Готов! — радостно доложил Заречнев. — Может, ещё пару фонарей бросите — для подстраховки?

— Незачем. — спокойно возразила Дита. — Хищники такого размера, как правило, занимают очень большую территорию. А с учётом скудности местной фауны…. До другого такого «паучка» вам топать, думаю, не один день, и не два. И вообще непонятно, как эта кошмарная тварь здесь оказалась. Еды для неё здесь не может быть в принципе.

— Может, её сюда кто-то привёз? — вслух подумал Александр. — Например, для того, чтобы «зачистить» место аварии нашего самолёта.

— Всё может быть. — согласилась с ним бессмертная после некоторого раздумья. — Скоро рассвет. Как только взойдёт Лакус, сразу начинайте движение.

Уходим! — скомандовала она Дягилеву, разворачиваясь на юг. — А вы, если что, снова сигнализируйте. Прилетим, подсобим….

…На рассвете Сашку прихватил сильный озноб. Он тщетно кутался в скудный кусок драконьей шкуры, который он по недоразумению называл «жилеткой», подумывал уже о том, чтобы разорвать походный вещмешок и обмотать себя его лоскутами. Но обошлось. Появился красный, как нос алкоголика с перепоя, Лакус, быстро прогрел острые чёрные камни. Небольшие белёсые тучки, прильнувшие было на ночь к плечам хребта, испугались единственного небесного «глаза» и быстро метнулись вверх — до следующего удобного случая.

Пока землянин боролся с холодом, рептилия и насекомое устроили «совет в Филях» над телом убитого «хантера». Они о чём-то довольно совещались, тыкая разнокалиберными пальцами в развороченное тело скорпионо-паука, изредка переворачивая его то брюхом вверх, то спиной.

— Ну, и что интересного нашли? — на всякий «пожарный» случай поинтересовался землянин, если честно, совершенно не представлявший, что может быть интересного в куче обгорелого мяса.

— Да много чего интересного. — ответила жучиха, предварительно встретившись глазами с зелёным верзилой и получив от него молчаливое согласие на ответ. — Во-первых, это — самка. В её брюхе много яиц, готовых к откладыванию. Во-вторых, у этого животного, или как ты его называешь, «хантера», всего одно уязвимое место.

— Это — как? И где же оно?

— За головой, за перемычкой, соединяющей голову и грудь, хитин самый толстый. Я до конца не уверена в материале, из которого состоит броня этого чудища, но одно ясно точно — материал этот очень прочный. Намного прочнее того, из которого состоят наши покровы. Единственное уязвимое место — в середине груди. Там расположен крупный нервный и сосудистый центр. Это его сверху прикрывает толстый слой брони. Если хватит умения и чуть-чуть повезёт, то можно просунуть тонкий нож снизу, между нагрудных пластин….

Жвала у него очень мощные. Мы с Аррахом думаем, что такого как ты, или я этому «хантеру» перекусить — раз плюнуть, как говорят земляне.

Ядовитое жало у него не одно. Вот это, сверху — для обороны, скорее всего. А вот эти, которые расположены на кончиках передних лап, скорее всего — для нападения и умерщвления добычи.

Живёт это чудо здешней природы где-то в пещерах. Видишь, в его волосках застряло много каменной крошки? По цвету она отличается от той, которая окружает нас. Паутину «хантер» не плетёт — желёз я не обнаружила. Ещё вопросы есть?

Сашка озадаченно почесал затылок, понимая, что дал маху, предположив, что его друг и богомолка заняты пустым занятием.

— Нет, пока вопросов нет. Да и двигаться уже пора….

К полудню вышли на берег небольшой горной речушки. Сверились с картой. По всему выходило — где-то именно на берегу этого самого водного потока и нужно искать обломки самолёта и тело первого пилота. После короткого привала рекруты двинулись вверх по течению. Неширокий горный ручей, бодро скакавший по разноразмерным валунам, неожиданно раздвоился. Вправо уходил основной «рукав» речушки, слева прилепился узкий, но быстрый приток.

— Вправо пойдём! — сказал, как отрезал, Заречнев, на корню отсекая любые возможности для споров.

Ещё через час пути курсанты нашли то, к чему шли. Обломки спарки — большие и маленькие — были разбросаны на нескольких сотнях метров. Человек, драк и богомолка разделились, тщательно осмотрели всю территорию, засыпанную кусками металла, упавшими с неба.

— Ничего! — сказал Ар'рахх, виновато пожав плечами.

— Ничего! — подтвердила Маша, сделав круг руками. Этот жест у неё, очевидно, означал то же самое, что у людей — разведённые в стороны руки.

Заречнев задумался, поднял голову, осматривая окрестные скалы. На одной из них, почти на самой вершине, он заметил крохотный лоскуток серебристого материала.

— Часть обломков упала с другой стороны хребта! — констатировал он, поднимая свой мешок с земли. — Нужно вернуться назад….

— Зачем? — не поняла жучиха.

— Чтобы зайти с другой стороны горы…..

— А разве через верх — не ближе?

— Ближе. Но…. Я не очень силён в альпинизме. Мне по этим скалам без верёвок не взобраться.