– Джуди?.. Ах, это ты, Нора… Нет, ничего, просто она немного опаздывает. Что? Позволь мне решать, что позволительно, а что нет. Перестань, пожалуйста, ты звонишь, чтобы повздорить? Как Никки? Почему же, меня это очень интересует… Хорошо, я перезвоню ей сама. Нора! Ты, кажется, не в духе, так какого же черта… Извини, сорвалось. Но, действительно, лучше уж совсем не звонить, чем так… А, ты говорила с Бертой… И что из того, что мы ездим на пляж? Ах, не в моем возрасте! Ну, спасибо, милая… Для перемен подходит любой возраст, у тебя еще будет возможность понять это…Нора! Тебе напомнить, что доктор велел мне беречь нервы? Да, Джуди обо мне позаботится… А ты хотела бы, чтобы престарелую зануду обхаживали даром?

В этот момент раздался звонок в дверь. Быстро распрощавшись с дочерью, Эмили открыла: на пороге стояла Джуди.

– Что это с вами? Отчего вы так покраснели?! – воскликнула Эмили и тут же осеклась: она поняла, что, подходя к двери, Джуди могла расслышать последние фразы…

– Я опоздала…

– Боже мой, это такие мелочи! Нам некуда торопиться. К тому же обычно вы пунктуальны, а иногда позволительно изменить своим привычкам. Ну, проходите же!

Обеим было неловко: Эмили оттого, что она не была уверена, не слышала ли Джуди ее слов, а Джуди оттого, что она их действительно слышала…

– Ну, мы едем? – Эмили была уже одета.

– Я бы хотела попросить вас отложить эту поездку.

– А что такое? – Эмили внимательно посмотрела на Джуди. – Что-нибудь случилось? Вы как-то необычно выглядите сегодня… Хотя я не берусь сказать, в чем это выражается.

Джуди смущенно улыбнулась и потупила взгляд:

– Ко мне приехал муж.

– Муж? – Брови Эмили взлетели вверх. – Так вы замужем?

– Да, – Джуди пожала плечами.

– Я и не знала, вы мне никогда не говорили… Но тогда понятно, что с вами сегодня!

Казалось, Эмили была не в восторге оттого, что Джуди замужем.

– Так что же вы? Нужно было позвонить и сказать, что сегодня мы не увидимся. Мужчины страшно эгоистичны, они требуют внимания…

– Работа есть работа, – почти перебила ее Джуди. По лицу Эмили пронеслась тень. Значит, она слышала слова про заботу по найму!

– Ну, зачем вы так? – пробормотала Эмили и вдруг схватила Джуди за руку: – Раз вы все же пришли, идемте, расскажите мне про мужа.

– Про мужа? Но зачем?!

Однако Эмили уже увлекала ее за собой в библиотеку. Они сели в кресла, и пожилая женщина с интересом уставилась на Джуди.

– Что же вы молчите? – спросила она.

«Иногда она бывает несносной! – подумала Джуди. – В конце концов, я только работаю у нее, почему я должна еще и посвящать ее в свою личную жизнь? Или это тоже входит в мои обязанности?»

Эмили вглядывалась в ее лицо своим бесцеремонно-пристальным взглядом. А что, если она способна читать мысли? Пожалуй, Джуди бы не удивилась!

Наконец Эмили отвела взгляд и откинулась на спинку кресла.

– Как я вас понимаю, если б вы знали! – тихо и медленно проговорила она. – Вам хочется сейчас побежать обратно, к нему, а я бесцеремонно вцепилась… – Она жестом остановила порывавшуюся что-то возразить Джуди. – Нет-нет, я знаю, что это так, и вы меня не переубедите. Конечно, жены не так уж часто рвутся к мужьям, но ваши глаза выдают вас. Вы влюблены в своего мужа… Давно вы женаты?

– Мы не оформляли наших отношений…

– Ну, это в наше время не так уж важно…

– Почти девять лет.

– Девять? – Эмили словно задумалась о чем-то. – Это много. Опасный срок.

– То есть? – Джуди почувствовала какой-то подвох.

Эмили встала и подошла к окну.

– Я знаю, вам сегодня в тягость мое общество…

– Вовсе нет!..

– Но потерпите немного… Перед вашим приходом я говорила с дочерью… Общение с ней всегда несколько выбивает меня из колеи, так что… я сейчас нуждаюсь в вас.

Джуди напряглась. При всей близости отношений они все же никогда не переступали определенной черты и не касались щекотливых тем. Их разговоры в основном носили отвлеченный характер, но сегодня Эмили сначала попыталась вызвать Джуди на откровенность, а теперь, кажется, собирается откровенничать сама.

– Вы так насторожились, когда я сказала, что девять лет – опасный срок… Это ерунда, конечно, – Эмили не оборачивалась, и голос ее звучал глухо, – но… Вы ведь понимаете, любая мать переживает за свое дитя. Моя дочь прожила в браке девять лет, и мне уже стало казаться, что, несмотря на всю сложность ее взаимоотношений с мужем, срок этот довольно внушителен. Не понимаю, почему я так решила, ведь сама я прожила с первым мужем гораздо дольше, и все же…

Она замолчала и вернулась в свое кресло. Лицо ее в считанные минуты осунулось и постарело.

– Дело в том, что я очень привязалась к зятю, он стал мне даже ближе дочери, намного ближе… Они жили сначала у меня, потом перебрались в Нью-Йорк. Нора объясняла переезд тем, что ей не хватает пространства, она задыхается в этом захолустье и здесь ей нечем заняться. Но на самом деле она просто ревновала ко мне Фрэнка, а возможно, и меня к нему тоже. Нора – собственница, если человек не принадлежит ей одной с ног до головы, она готова его возненавидеть так же сильно, как еще вчера любила.