Ина плакала и даже не пыталась сдерживать слезы. Потом вывела сына наружу и, взяв его лицо в свои руки, повернула его к свету.

– Ты повзрослел, сын мой. Ты много страдал.

– Я сделал то, что от меня требовалось, мать моя, – гордо, с достоинством ответил Ренно. – Теперь мы будем сражаться с французами и их союзниками на их, а не на нашей территории.

– Ты сильно похудел.

– Я буду есть еду, которую готовит моя мать, – с явным удовольствием откликнулся Ренно.

Ина улыбнулась, потому что на какое-то мгновение перед ней снова стоял маленький мальчик, ее сын. Но улыбка скоро сошла с ее лица.

– Английский воин, который был с тобой, погиб.

– Дух его торжествует. Он смелый и мужественный мужчина.

– Как случилось, что ты остался жив? – спросила Ина. Ренно с готовностью поведал матери то, о чем не рассказывал никому.

– Когда мне угрожала большая опасность, мне явились духи Санивы и Ягона и предупредили меня.

Ина не удивилась.

– Я молила их помочь тебе. – Она снова завела сына в дом, и они сели на тростниковые циновки друг напротив друга. – Когда начнется война?

– Менее чем через три месяца. – Ина вздохнула:

– Твой отец поведет ирокезов в бой. Ты тоже будешь сражаться, так же как и Эличи. Только Уолтер останется тут. Он бы тоже пошел с вами, но твой отец не разрешил ему.

Ренно молчал. Долг и привилегия мужчины сражаться за свой народ, но он прекрасно понимал, как непросто женщинам оставаться дома и ждать, ждать.

Мать улыбнулась.

– Вы одержите великую победу, – сказала она. – Когда воинами командует твой отец, а ты сражаешься с ним рядом, сенеки не могут проиграть.

Ренно считал, что его роль гораздо скромнее, но матери перечить нельзя.

Ина понимала, какие мысли бродят в голове сына, но ничего не сказала ему. В этом случае она знала лучше самого Ренно о том, что ему предстоит. Вдруг она сменила тему разговора:

– Сегодня вечером Джефри будет ужинать с нами. Скоро он вернется к своим. Он завершил здесь то, зачем пришел. Теперь все воины-сенеки умеют стрелять из огненных дубинок.

Ренно знал, что мать не поймет, если он скажет ей, что луки и стрелы не потеряли своего значения, и потому тоже заговорил о другом.

– Скоро Балинта станет женщиной. – Мать кивнула:

– Да, а Уолтер мужчиной. – Ренно усмехнулся:

– Настанет день, и они захотят стать мужем и женой.

– Этот день настанет гораздо раньше, чем ты думаешь. – В голосе Ины звучала печаль. – Ты тоже должен выбрать себе жену, Ренно. Ты старший сын своего отца. Ты много путешествовал и видел много чудес. Но ты обязан жениться! Твой долг подарить Гонке и Ине внуков.

Ренно почувствовал себя неловко и на короткое мгновение вспомнил сначала Адриану, потом Дебору.

– Нет женщины, которую я хотел бы взять в жены.

– Это неправильно. Когда воин добивается успеха, он обязан жениться. Это его долг перед соплеменниками. – Ина задумалась и замолчала. – Я много об этом размышляла, Сын мой. Много молодых женщин в землях сенеков мечтают о том, чтобы ты взял их в жены. Но, возможно, тебе нужна другая жена. Ты столько всего видел. Ты столько всего знаешь.

Ренно был потрясен:

– Ты хочешь сказать, что мне нужно жениться на женщине из английских колоний, мать моя?

– Не мне выбирать для тебя жену, – резко ответила Ина. – Тебе подскажут духи, как они в свое время подсказали нам с твоим отцом. Твой отец всю жизнь прожил в этом селении. Я родом из небольшой деревни сенеков. Он заходил в нашу деревню, когда был еще молодым воином. Мы увидели друг друга и сразу поняли, что станем мужем и женой. Духи свели нас вместе.

Ренно никогда раньше не слышал о том, как познакомились его родители, и потому слушал с большим вниманием.

Но Ина больше ничего не сказала.

– Доверься духам, сын мой, они приведут тебя к женщине, которая станет твоей женой.

Ренно заметил в дверном проеме Эличи и обрадовался.

– Тебя вызывают на совет, Ренно, – сказал Эличи. Если воина вызывали на совет, медлить не следовало.

Ренно сразу отправился к небольшой хижине совета.

Как обычно, члены совета сидели вокруг небольшого огня, разведенного посреди хижины в выложенном камнями очаге. По кругу передавали длинную трубку.

Гонка подозвал сына, и тот сел слева от отца.