Карловский особняк, наверняка, не знал таких бурных оваций. Бо-Э-Ни старались вовсю, да и учрежденческие дамы не жалели ладоней. Лишь отрешенно взирала на этот шабаш радости Элен, усмехался Роб, да прятала глаза Мэри, которая удостоилась высочайшего внимания.

— А почему, — неожиданно для всех зазвучал ее гневный голос, — господин Карл не спросил у меня — согласна я или нет?

— Я полагал, — вскинул голову Карл, — что короли не советуются, они принимают решение единолично. Но если ты желаешь, изволь, объяви о своем согласии!

И Мэри во всеуслышание произнесла:

— Вашей женой, господин Карл, я никогда не буду.

Зал ахнул, притих. Только Роб откровенно обрадовался, захлопал в ладоши.

— Но почему же?… — вырвалось у Карла.

— Потому что… я люблю другого.

Мэри подошла ко мне, встала рядом. Я поцеловал девушке руку и одними губами произнес:

— Спасибо…

— Держитесь, — попросила она. — Мы не должны проиграть.

Оп пытался занести наше короткое общение на пленку, но, по-моему, ему не очень-то удалось. Он взвился к потолку и прекрасно заснял Карла.

— Ну что ж, — злорадно хохотнул властелин, — оставайся семьдесят пятой!

Как великолепно наносил удары Карл! Душу мою захлестнула горечь, и мне потребовалось взять себя в руки, чтобы сдержаться, не дать выплеснуться гневу…

Плюс и минус показали: Карл проиграл и на этот раз. Он еще больше побледнел и нетерпеливо потирал виски.

— Отменить результаты! — раздался требовательный женский голос. — Господин Карл выиграл!

К властелину гордой походкой направилась одна из учрежденческих дам. Она сбросила маску, и все ахнули, обнаружив знаменитую кинозвезду. Красавица демонстративно прошествовала рядом со мной, окатив лютым презрением.

— Я согласна! Быть королевой.

Оп, казалось, перестал дышать, фиксируя неожиданный поступок собственной жены. Карл немедленно объявил: именно так, Чек проиграл!

Бо потребовал тишину для оглашения очередного вопроса. Отвечает публика, а господин Карл и Чек говорят «да» или «нет».

— Итак, предел желаний любого человека!

Па мгновенно выпалил:

— Музей!

Карл сказал «да», я — «нет».

Бо закричал:

— Иносфера!

Карл сказал «да», я — «нет».

Очередной стражник скинул маску и громогласно заявил:

— Ноосфера!

Я узнал лысого верзилу — это был Вор.

Карл содрогнулся — он получил минус.

— А что, — царственно спросил он, взглянув на Бо. — Других заданий нет? Короли не проигрывают!

— Есть, господин Карл, — услужливо согнулся Бо. — Но это последний вопрос.

— Давай последний, — поторопил Карл. — Я не сомневаюсь в победе.

— Внимание, вопрос! — объявил Бо. — Что такое точность?

Я поспешил с ответом:

— Если у человека беда!.. Если человеку плохо!.. Не теряй ни секунды — поспеши на помощь!

— Чек не угадал, — поморщился Карл и медленно прошествовал к машинам. Он стал нажимать на кнопки и поворачивать регуляторы.

Потолок исчез, и обомлевший зал будто взлетел к звездам, в сверкающую алмазами синь. Хорошо видно: там, в космосе, двигается красноватая точка.

— Космический объект! — объяснил Карл и кому-то невидимому подал команду: — Внимание! Залп!

Сверкнула иглой посланная ввысь ракета, и через считанные секунды все увидели яркую вспышку — спутник был уничтожен.

— Благодарю! — кому-то сказал Карл, и потолок вновь обрел реальные очертания, сокрыв алмазную космическую синь.

Бо подал голос:

— Господин Карл показал изумительную, поистине королевскую точность!

— Теперь займемся делом, — потребовал Карл. Он перевел на меня ненавидящий взгляд. — Я выну из него душу! Ровно через тридцать секунд мы полюбуемся на переселение души Чека… в чернильницу! Прибавить обороты! — топнул он ногой. — На полную мощь!

Бо заметался возле компьютеров, и я вскинул ладони к вискам, стараясь уменьшить невыносимый звон. Мэри закрыла глаза, борясь с волновой атакой… Ле, ничего не замечая, излучала в мою сторону мощное презрение…Вор не спускал с меня тревожного взора…А Роб улыбался! Молодец!

Тут Карл дернулся, оцепенел; мне показалось — вокруг него зашевелился воздух. Через мгновение от тщедушного тела Карла оторвалось черное лохматое марево и повисло над чернильницей. Па растерялся, присел; Роб уверенно распорядился:

— Крышку, крышку открой!

Па приподнял колпак, и фиолетовая яма медленно, как бы нехотя, стала вбирать в себя прозрачную тучу. Она оказалась такой огромной, что только ей и хватило места. Остальные легкие облачка взвились под потолок, поплакали, пометались и прямиком спикировали к своим владельцам. Па уронил крышку, и душа Карла успокоилась в чернильнице одна. Лицо Карла вытянулось, черты заострились, и стал он похож на смешного жалкого дракона…