Шрифт:
— Какого черта ты вмешиваешься не в свои дела? — огрызнулся он.
По лицу Маши прошло нечто вроде судороги, но ответила она спокойно:
— Это сейчас не важно. Но я еще раз прошу не перебивать.
Сашка промолчал.
— В тот день Лилия поймала Игоря в коридоре и потребовала от него признания перед завучем, что это он выкинул иссоп в окно, — сказала Маша.
Сашка проглотил готовые сорваться слова.
— Когда же Игорь отказался, она подождала твоего появления, в котором была уверена — ведь она передала нам с Андреем, что ищет тебя, — а дальше произошло то, что ты видел. С одной поправкой — Игорь не понимает, почему он ударил Лилию. Говорит, что не собирался этого делать — это получилось против его воли.
— Чушь! — злобно выкрикнул Сашка. — Иди ты!
— ДА ПОМОЛЧИШЬ ТЫ ИЛИ НЕТ? — рявкнула Маша в ответ, и эхо ее голоса гулко прокатилось по всем этажам.
Они замолчали, волком глядя друг на друга, но через некоторое время Сашка первым сделал знак продолжать.
— Лилия очень интересная девушка, — сказала Маша хрипло и откашлялась. — Ей без видимых усилий удается то, на что мне требуются недюжинные тренировки. Например, она очень хорошо кидает горшки с иссопом.
Сашка лишь молча посмотрел на Машу.
— Ты пробовал кинуть запакованный в просторный полиэтиленовый мешок длинный, покрытый листьями, стебель с маленьким пластиковым горшком земли на конце? — спросила она.
Сашка отрицательно помотал головой.
— А я пробовала, — сказала Маша. — Не с этим, — кивнула она в сторону двери, — с другим иссопом. Пошла в Ботанический сад, купила, надела сверху мешок для мусора и кинула в парке как смогла. Так вот, он не улетел и на десять метров. Слишком велико сопротивление воздуха. А из окон кабинета математики до места, где я стояла, в разы больше. Тут не мастером надо быть, а асом.
— К чему ты мне всё это рассказываешь? — хмуро спросил ее Сашка.
Маша усмехнулась:
— К тому, что кое-кто из находившихся тогда на футбольном поле успел заметить, что последней в окне кабинета математики мелькнула именно Лилия. После тебя, заметь. И она не любит цветы. Но аллергии на них у нее нет — ни на иссоп, который она хоть и не брала в руки, но особо не сторонилась, ни на ирисы у тебя в прихожей. И всё же она их боится — настолько, что засунула растение в мешок.
Сашка вспыхнул как рак, но промолчал.
— И последнее, но самое интересное — инцидент с вороном…
Сашка буквально впился в Машу глазами.
— Я прикинулась дурочкой, когда услышала ответ Лилии, с какой стороны шел звук, потому что раздался он в общем-то от школы, но совсем не с крыльца, где стоял Сергей Сергеич. Звук шел от Лилии, стоявшей чуть в стороне — или я совсем глухая.
Сашка спросил воинственно:
— Как она сумела это сделать?
— Не имею понятия, — ответила Маша. — Помню только, что рот у нее был открыт, словно она вопила во всю мочь.
— Зачем же она проделала это на глазах такого количества народа? — удивился Сашка. — Если ты утверждаешь, что она не человек, зачем ей было спасать меня и Андрея?
— Именно над этим я ломала голову последнее время, — сказала Маша. — Я даже думала, что мне это приснилось, потому как ни одного прямого доказательства у меня нет. И всё, что я перечислила, можно списать на показалось.
— Вот именно! — гаркнул вдруг Сашка. — Именно, что ПОКАЗАЛОСЬ! Иди ты лесом со всеми своими доказательствами!
Он развернулся и распахнул дверь в квартиру. Маша мельком глянула в прихожую — там никого не было.
— Смотри, как бы она уже не смылась с твоей раковиной! — бросила Маша ему в спину. — Ведь ради этого всё затевалось. Расчет был, что ты полезешь в драку, она с тобой поссорится, потом помирится, и ты растечешься счастливой лужей! И вручишь ей то, что работает только будучи добровольно отданным, забыл? Разыграно как по нотам!
— Иди в задницу! — крикнул Сашка в сердцах. Он был уже в квартире, собираясь захлопнуть дверь.
— Ах вот как! — воскликнула Маша, проскакивая внутрь. — Видимо, это существо в юбке лишило тебя последних мозгов. Так отдай ей раковину и посмотри, что будет!
— Уходи, — встав у нее на пути, сказал Сашка.
Маша попятилась, но не от него. Из дверей комнаты показалась красная как рак Лилия. Сашка не видел ее, он стоял к ней спиной, глядя на Машу. На ее белое как мел лицо и ставшие вмиг огромными глаза, полные ужаса и отвращения. Дальнейшее произошло очень быстро.
Одним текучим движением Маша оказалась у телефонного столика.