Егор прошелся вдоль лежанок, сквозь сладковатый запах смерти уловил нечто знакомое. Ноги поднесли его к крайней. Рука легла на край простыни, резко отдернула. Егор застонал сквозь зубы, из глаз брызнули слезы. Сердце сжималось от душевной боли.

Отливающая синевой кожа, заострившиеся черты лица, закрытые глаза. Опухшая, почерневшая шея. Ничего от той милой девочки, так любившей глядеть в его глаза. Ничего от той девочки, спасшей ему жизнь… Не в силах выдержать такого зрелища, Егор закрыл мертвое лицо.

Он возвел очи к потолку, губы зашептали, словно молитву:

— Рост! Это ты виноват! Дай мне сил, чтобы вернуть ее! Ведь ты все можешь! Ты можешь вернуть ее! Дай мне сил, Рост!

Егор почувствовал, как неведомая энергия бурлит в нем, клокочет, переливается. Прямо перед глазами вспыхнул Знак. Вспыхнул и повис над Милой.

— Рост! Помоги! Верни Милу! Я все для тебя сделаю! Все! Душу отдам! Жизнь! Только верни!

Знак сиял над телом Милы, озаряя ее зелеными лучами. Егор осторожно положил руки Миле на грудь, ощутил, как через него в нее вливаются силы. Знак замерцал еще ярче. Егор зажмурился, не выдержав его слепящего света.

— Рост! Помоги мне! Помоги… — шептали пересохшие губы.

Егор чувствовал, как впитывает энергию из этого мира. Как она бурлит, вихрится вокруг него и всасывается словно насосом. Энергия этого мира! Энергия мира живых! Живая энергия! Руки по-прежнему лежали на груди Милы. Он чувствовал, как ее тело нагревается. Его губы шептали ей:

— Вернись! Не смей уходить по дороге смерти! Вернись!

Сердце замерло в ожидании. Неужели он сможет?! Неужели Рост поможет ему?! Вернуть человека к жизни! Мертвого человека вернуть к жизни! Рост! Помоги!

Знак Роста полыхнул еще сильнее, Егор хотел зажмуриться, но понял, что глаза уже закрыты. Ослепительное сияние обжигало сквозь веки. Энергия жизни бурлила в нем, переливалась. Егор ощущал в себе необыкновенную силу. Ему казалось, что стоит лишь подпрыгнуть, и он победит законы притяжения. Здесь и сейчас победит…

Но взлетать нельзя! Нужно оживить Милу. Он должен ее оживить! Должен!

А потом Знак померк и медленно исчез. Ощущение энергии мгновенно сменилось полной пустотой. Жуткое опустошение почувствовал Егор. Руки сами собой соскользнули с груди Милы, он едва устоял на ногах.

— Ничего! — прошептал он себе. — Это не страшно! Лишь бы Мила жила! Мила должна жить!

Егору показалось, что простыня чуть-чуть дрогнула. Не в силах ждать, он резко сдернул ее…

Глаза Милы были открыты. На лице застыл животный ужас! Егор коснулся тела. Холодное, окоченелое…

Нет! Этого не может быть… Силы окончательно покинули Егора. Комната закружилась, пол и потолок поменялись местами. Страшный удар потряс его, и мир вокруг исчез.

Очнулся он на полу. Голова жутко болит. Падая, ударился об угол стола. Пошевелился осторожно, в висках отозвалось сверлящей болью. Егор полежал немного без движения, боль утихла.

Рост! Он опять его подвел! Он не смог оживить Милу!

Едва вспомнил про Рост, как перед глазами возник Знак, по телу пробежала волна свежести. Боль в голове мгновенно затихла.

Егор осторожно сел, потряс головой. Боли не было! Егор встал, на глаза попалось закрытое покрывалом тело. Егор задрожал. Он в порядке, а вот Мила! Он так и не смог ее вернуть!

Он встал и пошел к выходу из морга. Шаги гулко отдавались в прохладной тишине. У входа переступил тело в грязном халате, за спиной грохнула дверь.

В груди разрасталась пустота. Милы больше нет! Феклы больше нет! Гали больше нет! Осталась одна лишь Настя! Что ему сделать, чтобы сохранить хотя бы ее? Что? Ведь Рост может отнять и ее! Запросто может!

Егора передернуло от такой жуткой мысли. Сердце превратилось в маленький ледяной комок. Егор произнес сквозь плотно сжатые губы:

— Нет! Я не допущу такого! Ни за что не допущу! «Так же, как не допустил смерти Феклы? — прошептал в голове ехидный голос — Как не допустил смерти Милы?»

— Нет! — закричал Егор. — На сей раз я не проявлю слабости! Я должен… Я должен расстаться с Настей! Тогда она останется жива! Тогда Рост не доберется до нее! Никогда не доберется!

Егор вдруг отчетливо осознал, что так оно и должно быть! Чтобы Настя жила, ему нужно попросту исчезнуть из ее жизни. Она, конечно, будет горевать по нему… Но лучше уж так, чем лишиться и ее…

Егор вышел на улицу. Он не замечал, куда идет, не замечал ничего вокруг. Груз потерь был слишком велик…

— Стой! Подними руки!