– За тебя разве что, - сказал я и зевнул.
– Зашибу ведь ненароком. Я-то знаешь какой? Семерых махом одних зашибахом! Сам Тролль-с-Битой мне кузен двоюродный по материнской линии! Я за завтраком съедаю барана, а за обедом быка! Или двух, если все за слава богу.

– Да ну?
– усомнился усач.

– Помажем?
– хладнокровно спросил я, скрестив на груди руки (дабы унять в них предательскую дрожь).
– Если мы выигрываем - ты нас отпускаешь восвояси, а свою супер-мину испытываешь на каком-нибудь другом дураке.

– Лады, в общем-то, - сказал тюремщик, пожимая мне руку.
– Разбейте кто-нибудь, и прошу, это самое, в Патронный зал!

Тильда с криком: "Кия!" рубанула ладонью по нашим рукам, и мы гуськом вышли в коридор. По коридору вдоль стен стояли миноделы и кровожадно на нас поглядывали.

– Да, вот еще что!
– вспомнил я.
– И чтобы нам вернули наше оружие, наших лошадей и дали припасов с вашего стола!

– А ручного крота в коробочке вам, в общем-то, не надо?
– ехидно поинтересовался усатый.
– Ладно, так и быть. Я сегодня добрый и благородный!

И он приосанился. Потом обеспокоенно спросил:

– Верите, что я благороден?

– Верим, верим, - сладко пропела Тильда.

– То-то, - успокоился минодел и потрепал ее по щеке.
– Это самое, мы уже пришли.

Он распахнул тяжелую дубовую дверь со стальными полосами, и мы прошли в обширную залу.

– Осторожно!
– предупредил минодел.
– Не курить, не сорить, песок не разбрасывать, шумовые сигналы подавать, в общем-то, строго воспрещается. На пороховой бочке сидим, эти самые, граждане!

– А что такое порох?
– спросил я.

– Порох - это такой волшебный порошок, - разъяснил усач.

– А, - вспомнил я.
– Это в котором вся сила?

– Именно.
– И минодел посмотрел на меня с уважением.
– Много знаешь, в общем-то?

– В общем-то, не слишком, - поспешил уточнить я, так как знал присказку о тех, кто много знает, и что с ними в конце концов бывает.

– А как тебя зовут, хозяин ласковый?
– спросила Матильда подхалимским голоском.

– Усиков, в общем-то, - засмущался минодел.

– Хороший ты мужик, Усиков, - с чувством сказал Ико.
– Отпустил бы ты нас, а?

– Не имею физической возможности и, это самое, морального права, заученно ответил Усиков.
– Мину надобно испытывать. Наши мины - самые минные мины в мире, в общем-то!

– Так это же зверство изуверское!
– вскричала Матильда.

– Вовсе это не зверство, в общем-то. Вовсе это научный эксперимент, защищался Усиков.
– Все четко, все документировано, ни шагу, это самое...

– А мы никуда и не идем, - пожал плечами я.

– Ни шагу, говорю, без фиксации!

– А если мы выиграем соревнование, то на ком пытать-то будешь?

– Делов-то, - отмахнулся Усиков.
– Это самое, сыноварам подбросим. Впервой, что ли?

– А они как? Не возмущаются?
– заботливо осведомился Кутя.

– Ну их совсем, - плюнул с досады минодел.
– Они, думаешь, лучше нас? Скажите спасибо, что я вас, это самое, сторговал. Они, в общем-то, даже с потерявшимися миноделами не церемонятся: поймают, усыновят и сварят в котле - тоже старая песня.

– Бьется в тесной печурке сыно-ок!
– нервно пропел Мерин.

– Вот именно.
– И усатый минодел потер руки.
– Ну, это самое, драться будем?

– Еще чего, - фыркнул я.
– Ты первый начал, стало быть, оружие выбираю я, понял?

В гулком сумраке Патронного зала отчетливо скрипело: наш тюремщик пытался осознать и постичь.

– Ну, в общем-то, это самое, - неуверенно сказал он и с подозрением уставился на меня.

Я же свистал и разглядывал фрески. Судя по подписи, на них было изображено "Застолье по случаю завершения испытаний". Застолье было столь ужасно, что даже Вдали со своими часами и предчувствиями залез бы на самый высокий фонарь и отказался бы с него слезать до конца дней своих.

– Моя работа, - скромно сказал главный минодел, завидев мой живой интерес.

– Мне нравится!
– похвалил Причард.
– Особенно вон тот юный лорд, обозревающий свои окровавленные руки.

– Это ноги, - поправил Усиков.
– Причем не его, в общем-то.

– А, какая разница!
– отозвался оруженосец.
– Все равно красиво.

– Ребятки, искусством займемся попозже, - призвал к порядку я.
– Сперва подкрепиться бы... Усиков, я придумал! Спорим, что я съем больше тебя раза в три!