– Я не могу издавать звуков человеческой речи, но ты сам можешь убедиться - передатчик отлично подходит для этого.

Признаться, я так и подпрыгнул на кровати; сердце у меня замерло и начало биться вновь лишь тогда, когда пауза затянулась, а со мной не произошло ничего страшного. Не знаю почему, но я считал, что общение со мной при помощи механического устройства чем-то мне грозит.

Полагаю, это сработал инстинкт самозащиты. Прежде чем ясность мышления вернулась ко мне, устройство на столике произнесло:

– Передача мыслей с помощью электронного устройства основана на использовании энергии ритмов мозга.

Это заявление задело меня. Я много читал на эту тему, начиная с реферата профессора Ганса Бергера (1929 год) о мозговых ритмах мозга. Там утверждалось нечто другое.

– А разве их электрический потенциал не слишком мал?
– спросил я. Кроме того, у тебя открыты глаза, а ритмы всегда искажаются, если глаза открыты. В сущности, центрам зрения подчинена настолько значительная часть мозговой коры, что ритмы вообще не обнаружимы.

Тогда я не обратил на это внимания, но сейчас думаю, что сбил его с панталыку.

– Какие замеры проводились?
– спросил он. Его интерес чувствовался даже без передатчика мыслей.

– Фотоэлементы намерили всего пятьдесят микровольт энергии, - сказал я, - в основном, в активных центрах мозга. Ты знаешь, что такое микровольт?

Он кивнул.

– Я не скажу тебе, какую энергию производит мой мозг, - произнес он после паузы.
– Это может тебя испугать. Но не вся эта энергия является разумном. Я - студент, совершающий экскурсию по Галактике. Можно назвать ее последипломной практикой. Для нас, студентов, обязательны некоторые принципы...
– Он прервался.
– Ты открыл рот. Хочешь что-то сказать?

Я был буквально раздавлен...

– Ты сказал, по Галактике?
– спросил я наконец.

– Да.

– Но... но ведь это должно длиться много лет!
– Мой мозг напряженно работал, пытаясь толком осознать все это.

– Мое путешествие продлится около тысячи лет вашего времени.

– Ты бессмертен?

– О, нет.

– Тогда...
– Я замолчал, не в силах говорить дальше, и сидел с пустотой в голове, а Кот продолжал:

– Устав студенческого братства обязывает нас рассказать о себе одному местному существу, когда мы покидаем ту или иную планету. А также забрать с собой какой-нибудь сувенир, символизирующий цивилизацию существ, живущих на ней. Интересно, что ты предложишь в качестве сувенира с Земли? Это должно быть нечто такое, что сразу покажет доминирующее качество в характере вашей расы.

Это объяснение успокоило меня. Мои мысли перестали кружиться в безумном темпе, и я почувствовал себя гораздо увереннее. Сев поудобнее, я задумчиво погладил лицо, искренне веря, что выгляжу разумным существом, совету которого можно последовать.

Постепенно я качал понимать всю сложность проблемы. Я всегда считал, что человек - существо неизмеримо сложное. Как же можно выбрать всего одну черту в его богатой, сложной натуре и сказать: "Вот это и есть человек"?

– Может ли это быть произведение искусства, науки или что-то подобное?
– спросил я.

– Что угодно.

Моя увлеченность еще больше усилилась. Всем своим естеством я принял важность происходящего со мной. Нужно было, чтобы эта великая раса, которая путешествует вдоль и поперек Галактики, получила верное представление о человеческой цивилизации. Когда, наконец, я нашел решение, то сам был удивлен, что это потребовало так много времени. Но я уже знал, что нашел верный ответ.

– Человек, - сказал я, - испокон веков был существом религиозным. С незапамятных времен, слишком удаленных от нас, чтобы сохранились какие-либо записи, человеку требовалась вера. Когда-то он отождествлял веру с божеством стихии: бури, реки, растения, потом боги стали невидимыми. Сейчас же они вновь становятся ощутимыми - это система хозяйствования, наука. Человек пс-слоняется им, другими словами, относится к ним чисто религиозно.

– Так вот, - закончил я, довольный сам собой, - тебе нужно отлитое из твердого металла изображение человека с откинутой назад головой, воздетыми к небу руками, с выражением экстаза на лице и подписью на основании скульптуры: "Верую".

Кот внимательно смотрел на меня.

– Это очень интересно, - сказал он наконец.
– Пожалуй, ты близок к цели, но это еще не тот ответ.
– Он встал.
– Я хочу, чтобы ты сейчас пошел со мной.

– Что?

– Оденься, пожалуйста.

Это было сказано равнодушным тоном, и страх, который тлел где-то на дне моей души, вспыхнул вновь.

Я сидел за рулем. Кот - рядом со мной. Ночь была холодная и темная. Время от времени из-за облаков выглядывал серп луны, местами посверкивали звезды. Осознав, что откуда-то из тех мест прибыло на Землю это существо, я несколько расслабился.

– Скажи, жители вашей планеты ближе нас подошли к глубинному значению истины?
– рискнул я спросить его.

Это прозвучало как-то неестественно, педантично; типичный учительский вопрос. Я торопливо добавил: