— И тогда, — продолжил Браннок, — я собрал нескольких крепких ребят и подался к моему старому другу Фенгрифу. Мы не были уверены, не читает ли Посланец вашу тайнопись, и решили, что умнее всего ничего не говорить. В любом случае, сорвись дело, нам мало что осталось бы сказать, и мы выбрали молчание. На восточном берегу лесного народа нет, и мы смогли покинуть Низкую Крепость незамеченными. Мы пошли на север и переправились через реку повыше, затем двинулись обратно по западному берегу, и вот добрались до Орды.

— Вы смешались с варварами? — с изумлением спросил Кедрин.

— Я не нашел другого способа подойти к их баллистам, — ответил Браннок, пожимая плечами с нарочитой скромностью. — Как видите, нас за них довольно легко принять, да еще и ночью. Так что мы просто прошли через их становище, пока не подошли к баллистам. Тогда мы перебили стражу, поднесли факел, а остальное вы знаете.

— Вы сожгли все три? — уточнил Рикол.

— До основания, насколько я видел, хотя по пятам за мной гнались разъяренные дикари, — сияя, подтвердил Браннок. — Я и на башни замахнулся бы, но не хватало ни людей, ни времени.

— Баллисты — это куда больше, чем мы могли бы надеяться, — сказал Рикол, и улыбка медленно пробралась на его суровое лицо. — Мы перед тобой в долгу, Браннок. Спасибо тебе.

— Пожалуйста, — пророкотал бывший разбойник с почти правдоподобной скромностью. — Я сделал не больше, чем обещал.

— Тем не менее, — Рикол протянул руку, которую Браннок принял после того, как тщательно вытер пальцы, — мое мнение о тебе было нелестным, и я прошу меня простить.

— О чем разговор, — широко улыбаясь, согласился Браннок. — Что было, то прошло.

Рикол слегка улыбнулся.

— А сейчас мне лучше дать своим ребятам отбой, — сказал он, поднимаясь. — Новости их воодушевят. Вам отведут место в казармах.

Браннок кивнул, глядя вслед вышедшему военачальнику.

— Он постарел. Жарко пришлось? — голос его внезапно стал невеселым, в темных глазах появилась тревога. Бедир кивнул.

— Тьма была хуже всего. Она пробиралась в души. И Рикол нахлебался ее без нас. Грания, как я вам сказал, погибла, развеяв мглу. После этого уже казалось, что мы можем лишь только ждать. Гибель баллист крепко ударила по Риколу.

— Вы были в Андуреле? — спросил Браннок.

— Да, — подтвердил Бедир. — И Дарр сейчас должен быть на Идре. Силы Королевств спешат сюда, как могут. Надеюсь, мы разобьем Орду здесь.

— Теперь они подведут башни, — предупредил Браннок. — Стены пробиты?

— Нет, и не будут пробиты благодаря вам, — улыбнулся Бедир. — Хотя баллисты их ослабили. Как и северные ворота. Но они стоят.

— Горячий предстоит бой, — Браннок потянулся, подвинул поближе кувшин с вином и наполнил кубок. — Мои сорок — это немного, но скоро придут и другие. Сотни три, пожалуй.

— Вот уж не знал, что в Тамуре так много разбойников, — проговорил Бедир.

— Воинов вспомогательных сил, — уточнил Браннок, снова улыбаясь. — И все до единого верны Королевствам. По-своему…

Розоватый отсвет ранней зари вспыхнул на кирасе Нилока Яррума, угрюмо сидевшего на валуне и оглядывавшего Белтреванскую дорогу. Изукрашенные ножны лежали у него на коленях, костяшки охвативших рукоять пальцев побелели, а темное лицо еще больше потемнело от ярости. Позади с лицами, скрытыми в тени шлемов, стояли его гехримиты. Вместе с телохранителями других Уланов они образовывали полукруг. Баландир сидел слева от Нилока, подергивая битую сединой бороду и поставив меж ступней свою огромную секиру. Далее следовали Имрат и Дариен. Вран стоял справа от Нилока, с настороженностью в близко поставленных глазах, он поглядывал то на хеф-Улана, то на Посланца, повернувшегося к ним спиной. В нескольких шагах замер Борс, старавшийся ни на кого не глядеть. Впереди по дороге рассыпались тлеющие останки баллист, тонкие струйки дыма все еще поднимались в утреннее небо.

— Не понимаю, — прорычал Нилок, — как это могло случиться?

Кудесник повернулся к хеф-Улану, его лицо походило на холодную суровую маску, красные зрачки в колодцах запавших глаз светились яростью.

— Я думал, их будут лучше охранять.

— Их достаточно хорошо охраняли, — жестко отчеканил Нилок. — Ни один южанин и близко не сунулся бы.

— Тогда кто это был? — язвительно спросил Тоз, вызвав краску на лице дротта. — Кто перерезал глотки твоим стражам и поднес факел к орудиям?

— Изменники! — пролаял Нилок. — Проклятые Ашаром отступники!

— Из какого клана? — голова Тоза медленно повернулась, обвиняющий взгляд задержался поочередно на каждом вожде.

— Не из моего! — поспешно сказал Вран, вцепившись пальцами в торквес из золота и серебра. — Это были не яты.

— И не гримардцы, — покачал головой Дариен. Имрат произнес:

— С чего бы такое сделал хоть один вистриец?

— Мой брат говорит дело, — ровно проговорил Баландир, отвечая на взгляд Тоза. — С чего бы такое сделал любой белтреванец? Какая ему выгода?