– Как ты хочешь доставить пацана в Кеолотию?
– спросил Палец своего спутника.

Кеолотия! Так вот откуда родом второй человек: он охотник из бескрайних лесов севера Кеолотии. Похоже, волчий налог короля Рэвика оказался куда более прибыльным делом, чем думалось Пипу.

Кеолотианец посмотрел на Пальца, как на идиота.

– А ты как думаешь? Пешком пойдет. Железа-то у нас хватает, кандалы смастерим как-нибудь, дело нехитрое.

– Тебе не кажется, что нехорошо так поступать со своим соотечественником?
– спросил Пип у овиссийца тот на вид был подобрее.

– Тоже мне соотечественник! С тех пор как ваш барон расплодил волков, никто в Бельбидии не считает Торра-Альту частью страны. Звери ему дороже людей, вот в чем дело, а это неправильно.

Тогда Пип повернулся к Всаднику:

– Ну, меня вы можете заковать, но пес все равно идти не сможет.

– Ерунда, через пару дней пойдет как миленький. А до тех пор посажу его в мешок. К тому же у него еще три здоровые лапы. Просто диву даешься, как животные мо гут обходиться тремя ногами, если им надо.

– Ублюдок, - пробормотал Пип.

Всадник стал копаться в седельных мешках, донесся звон железа. Наконец на свет показался капкан с приделанной к нему длинной цепью.

– Вот, - сказал Всадник, - как раз пойдет.

Он поработал немного, и наконец Пип оказался за кован в ошейник и накрепко привязан цепью к дереву. Пип тут же попробовал освободиться, но прочная сталь не поддавалась.

Кеолотианец расхохотался.

– Можешь хоть всю дорогу дергаться, все равно не вырвешься.

Мальчик был вынужден признать, что охотник прав. Хорошо еще, что он не стал связывать Пипу руки и ноги!

– Кобольды тебя постерегут, а нам с Пальцем надо проверить оставшиеся ловушки, - сказал Всадник. Волчат покормлю, когда вернусь. Я так думаю, если они поголодают немного, то будут поспокойнее.
– С этими словами он кинул Пипу тыквенную бутыль, полную воды, а сам пошел к пони.

Пип привалился спиной к стволу дерева и как следует, глотнул из бутыли. Охотники ушли по своим делам, а кобольды окружили его плотным кольцом. Мальчик швырнул в них грязью, и, к его удовлетворению, маленькие создания тут же разбежались и попрятались за деревьями, а вернулись на свой пост только через некоторое время. Ему удалось немного напоить Трога, потом оставалось только сидеть и мрачно думать о том, что же надо делать. Мастер Спар и Брид решат, что Пип их бросил. При этой мысли на душе становилось холодно. Конечно же, с карьерой покончено. Интересно, найдут ли его когда-нибудь. Сам-то он даже не знал в точности, где находится.

Через некоторое время Пип вспомнил о волчатах. Те ворочались и повизгивали в мешке неподалеку. Мальчик потянулся к ним, но ошейник врезался в горло. При шлось лечь на спину и понемножку подтащить мешок к себе ногой. Наконец Пип мог взять его и развязать.

– Бедные крошки, - невольно сказал он, глядя в мигающие от света глаза волчат. Те жалобно скулили. Пип сунул руку в мешок, чтобы их погладить, однако тут же вскрикнул и отдернул ее.

На указательном пальце показались капельки крови: кто-то из волчат вонзил туда зубки, маленькие, зато острые, как иголки. Пип натянул рукав на пальцы и приоткрыл мешок пошире.

– Надо вам покушать, - сказал он волчатам и наконец сумел ухватить одного за шиворот и вытащить. Щенок был рыжеватый и выглядел больным, он даже не шевельнулся, когда Пип легонько щелкнул его по носу.

– Похоже, ты долго не протянешь, - печально сказал мальчик и положил его себе на колени, чтобы заняться двумя остальными. Следующий волчонок оказался серым, явно самым большим из выводка, с желто-зелеными глазами. Он глухо рычал и яростно бился. Пип решил сунуть его обратно и, обмотав руку тряпкой, достал третьего. Тот был весь беленький, а глаза - темные, сине-зеленые. Он тут же успокоился и затих. Пипу показалось - неприятное ощущение!
– что волчонок его изучает. Потом щенок внезапно изогнулся и пребольно укусил Пипа за большой палец.

– Мать Великая, да ты хуже хорька, - выругался Пип и швырнул волчонка обратно в мешок.
– Вот не благодарная тварь. Я же тебе помочь хотел!

Он сел на землю, сунув укушенный палец в рот. Что, спрашивается, он вообще собирался делать? Это всего лишь волчата, такие теперь гибнут каждый год сотнями. Ничего такого особенного в детенышах нет. Брид говорила, что те, которых они ищут, должны чем-то выделяться. Нельзя же причитать над всеми волчатами в округе! Они с Трогом и так уже попали в беду. Солдат из гарнизона не стал бы возиться с детенышами, тем более, если рядом есть люди-злодеи, с которыми надо разобраться.

И все-таки бедняжкам надо поесть. Пип никак не мог избавиться от желания помочь волчатам. Он вытащил пробку из оставленной Всадником бутыли, плеснул в пригоршню немного воды и протянул слабому бурому детенышу, лежавшему у него на коленях. Тот немедленно поднял голову, чтобы полакать, но тут же опять ее уронил. Пип перевернул беднягу на спину, и сам влил воду ему в рот. По большей части все расплескалось, хотя сколько-то малыш выпил.

Замечательно. У Пипа полегчало на душе. Охотники ушли, стерегут его лишь кобольды, значит, бояться особо нечего. Мастер Спар его спасет, несомненно. Он ведь из Торра-Альты, а торра-альтанцы никогда друг друга не бросают.