Мы забеспокоились. Стали проверять. В итоге оказалось, что счёт есть, но не Черномырдина, а... Петелина.

Счёт находился в братиславском отделении банка «Австрия». В середине 1995 г. на нём лежали... миллионы долларов.

Сумма немалая. Чтобы получить столько денег, нужно провернуть не одну операцию. Что, в принципе, Петелин и делал.

Одновременно, пока шла раскрутка дела о пропаже 100 нефтяных миллионов долларов, сотрудники отдела «П» выясняли, чьи ещё интересы мог лоббировать руководитель секретариата премьера.

Результаты оказались ошеломляющими. Именно через Петелина банк «Национальный кредит» пытался стать уполномоченным банком правительства. Более чем тесные отношения связывали его с нефтяной фирмой «Балкар-Трейдинг» (глава фирмы Пётр Янчев в конце 1995 г. был арестован, обвинялся в даче взяток и. о. генпрокурора Ильюшенко) и с «Альфа-групп».

Стало очевидно, что помощь коммерсантам для Петелина не просто хобби. Это источник его настоящих доходов.

Государственная машина неповоротлива. Большинству чиновников глубоко наплевать на интересы страны. Собственный карман волнует их куда больше.

В начале 1995 г. мы попросили Контрольное управление президента провести проверку нефтяных квот АО «Проминформбизнес». Начальник ГКУ Зайцев ответил, что выделение этой фирме нефти совершенно необоснованно, хотя бы потому, что подобные квоты даются только предприятиям-производителям (постановление правительства от 6.11.1994 № 854) под конкретные целевые программы. АО «Проминформбизнес» же ничего не производило, целевой программы не имело. Но и это не главное. Проверка показала, что ни одной копейки от продажи 2,5 миллиона тонн нефти Минфин на свои счета не зачислял. А Министерство внешней экономики, вообще, не контролировало эту сделку.

«Полагаем, - заключал Зайцев, - что указанное АО должно внести на счёт Минфина РФ соответствующую сумму в валюте (ориентировочно - свыше 100 миллионов долларов США), полученную от экспорта нефти».

Казалось бы, всё понятно. Но нет. Генеральная прокуратура, куда в феврале 1995-го обратилось Контрольное управление, возбуждать уголовное дело отказалась. Как написал в своём ответе зам. генерального Давыдов, им не удалось отыскать никаких нарушений налогового и валютного законодательств.

Тогда Коржаков, уже от своего имени, послал все материалы в генпрокуратуру вторично. Ильюшенко отписал, что отчёты по использованию валютной выручки АО «Проминформбизнес» должно было предоставить в правительство. О такой мелочи, как запросить эти документы, в прокуратуре даже не подумали.

К этому времени нам уже было известно, что из себя представляет Ильюшенко. Поэтому пришлось перекладывать часть его обязанностей на себя.

Разумеется, никаких отчётов в правительстве не нашлось.

Их там не было и быть не могло. Более того, чистейшей «липой» оказались и другие материалы, на которые ссылались в генпрокуратуре. Не исключаю, что к появлению всяческих подложных документов приложил руку и Петелин. Он очень боялся, как бы ему не пришлось со скандалом уходить в отставку. Покинуть такое хлебное место. Надо отдать должное Черномырдину - за своего любимца он стоял горой.

– Кругом воруют, - заявил как-то премьер, когда я пришёл к нему совсем по другому вопросу, - шпионы в «Белом доме» косяками ходят. А вы тут под Петелина копаете.

Я тогда сделал вид, что ничего не понял. В полемику вступать не стал - это было бессмысленно.

Был ли Черномырдин в курсе проделок подчинённого? Убеждён, что да.

Осенью 1995 г. на стол президента легло письмо, подписанное руководителями двух спецслужб - Коржаковым и Барсуковым директором ФСБ. В письме излагалась суть этой грязной истории.

Благо, материала накопилось предостаточно.

Никакой реакции от Ельцина не последовало. Зато, как отреагировал премьер, известно хорошо. В книге Коржакова «От заката до рассвета» приводится ночной разговор с премьер-министром.

«Я же знаю про Петелина, - бил себя в грудь Виктор Степанович.
– Пусть его проверяют. Если что-то есть, я уберу его в две минуты».

И ещё:

«Представляешь, Петелин со мной уже десять лет. Поверить не могу, что меня предают...»

Кто познакомил Черномырдина с материалами на Петелина? Президент? Или генеральный прокурор Юрий Скуратов?

В октябре 95-го он сменил обнаглевшего Ильюшенко. Вскоре после этого, когда Скуратов приехал в Кремль, Коржаков пригласил его в свой кабинет. Третьим при разговоре был я.