Шрифт:
Маймун насторожился. Кто-то крикнул? Или ему показалось? Он присел, вытянул пистолет перед собой, и подскочил к межвагонному соединению. Ничего. С другой стороны тоже. Он посмотрел еще раз, более внимательно.
Да нет, почудилось. Осмотр снаружи – чистая перестраховка. Это не Голливуд, у нас ездят только внутри вагонов.
– Последний осмотрен, жду вас, – доложил Маймун.
– Сейчас закончим, три минуты, – ответил из рации голос Ахмата.
Все шло по плану. Как и говорил Руслан.
11.
Когда командир удалился, Мурат вздохнул свободней. Он сохранял независимый и самоуверенный вид, даже немного высокомерный, но давалось ему это нелегко. Совсем уж яйцеголовым хлюпиком он не был, но все же его главным оружием были мозги, и в компании вооруженных головорезов он чувствовал себя несколько неуверенно.
Но сейчас он был главным. Теперь все зависело от него. Он заправил одеялом чью-то оставленную постель, не церемонясь, выбросил в коридор оставленные хозяином тряпки и аккуратно положил на полку чемодан. По памяти набрал код на замке, медленно откинул крышку. И улыбнулся.
Бомба выглядела так, как должна выглядеть бомба. Рукоятки настройки, два цифровых экранчика, сейчас выключенных. И главная деталь – серебристый, зеркально отполированный цилиндр, большой, как артиллерийский снаряд. К нему со всех сторон стекались проводки, трубочки, блестящие металлические спицы.
Мурат потер вспотевшие ладони. В этой штуковине дремала дикая, испепеляющая энергия. Человек научился ее освобождать, но все попытки ее укротить пока были безрезультатными. Атомные электростанции в расчет можно не брать, там используется сильно обедненное ядерное топливо. Но даже его хватило, чтобы устроить чернобыльскую катастрофу, от которой содрогнулась вся Европа.
Подумать только, легкое движение – и от всего поезда, от сотен его пассажиров не останется и следа. Их не разорвет на части, нет! Они просто испарятся в ядерном пламени! Превратятся в молекулы, в набор атомов, в частицы света. Страшная сила!
Мурат осторожно протянул руку, и погладил сверкающий цилиндр пальцами. Он был холодным. И таким гладким, каким не бывает самый точный механизм. Он был совершенен! Абсолютное оружие!
Парень сокрушенно вздохнул. Если бы он пошел учиться дальше, то мог бы сейчас быть повелителем бомбы. Даже не такой, а гораздо мощнее. Но жизнь распорядилась иначе, и его способности были реализованы в других областях. Да какое там – реализованы?! Пара пустяковых заданий. Это первое настоящее. Он должен включить бомбу, и сделать так, чтобы никто ее не мог остановить. Только Руслан.
Он достал из своей сумки армейский прибор глобального позиционирования GPS, более надежный, чем обычный гражданский. Включил его. Навигатор быстро поймал нужное количество спутников и доложил о готовности к работе. Мурат подключил его к бомбе двумя штекерами, и начал колдовать с настройками.
Теперь он успокоился. Если о ядерной бомбе он имел достаточно общее представление, то работа с навигационной системой была его коньком.
В тамбуре громко хлопнула дверь. Охранники мгновенно среагировали, вскинув оружие.
Маленький мальчик испуганно застыл в дверях, увидев наставленные на него стволы автоматов.
– Павлик! – истошно закричала женщина в спортивном костюме.
Она вскочила с места, оттолкнула Руслана, и бросилась к ребенку, закрывая его своей спиной. Охранник наотмашь ударил ее кулаком, когда она пробегала мимо него. Женщина рухнула, врезавшись головой в угол скамьи.
– Гад! – заорал мальчишка, бросаясь с клаками на обидчика матери.
Тот схватил мальчишку за шиворот, и поднял перед собой на вытянутой руке. Пацаненок яростно молотил воздух, не дотягиваясь до врага, и заливался злыми слезами.
В вагоне что-то произошло. Что-то словно треснуло. Еще не бунт, но уже зашевелились мужики, качнулись вперед. Залязгали затворы боевиков, почуявших эти перемены в атмосфере. Еще мгновение – и ситуация взорвется.
– Стоять! – рявкнул Руслан. – Отставить!
В его голосе не было угрозы. Но в нем было что-то такое, что заставило остановиться всех, и заложников, и террористов. Несгибаемая воля, которая давала ему власть даже не распоряжаться, а ПОВЕЛЕВАТЬ! Воля хозяина. Обмякли уже напружинившиеся мышцы заложников, расслабились побелевшие на спусковых крючках пальцы боевиков. Даже малец обвис в руках бородача, позыркивая черными глазенками на Руслана.
– Отпусти, – коротко приказал Дикаев.
Пацаненок бросился к матери, обнял, и заревел, увидев, как из ее рассеченного лба сочится кровь.
– Ну что ты, Павлик, – утешала она сына, сама глотая слезы. – Все будет хорошо. Мы теперь вместе. Теперь никто нас не обидит.
– Боец растет, – хмыкнул Руслан. – Ты извини нас, мать. Но больше не делай так. В следующий раз тебя не ударят, а застрелят. Поняла? Иди на место.
Женщина послушно закивала, и почти побежала обратно, прижимая к себе сына.