Накатывающие изнутри волны наслаждения сбивали и учащали дыхание Сузи, требовали еще более сильных ласк и еще большей пронзительности ощущений. Казалось, что элегантная одежда вдруг превратилась в главное препятствие на пути к высшим чувствам. Вдруг нестерпимо захотелось избавиться от этого удушающего, сковывающего панциря, сорвать и сбросить его одним решительным движением, чтобы стать полностью свободной в проявлении чувств, открыть все свое тело, все его потайные места для новых, изысканных ласк и каждой клеточкой ощутить тесное прикосновение столь же обнаженного, сильного и прекрасного мужского тела.

Но при этом исподволь жила и постоянно напоминала о себе здравая предохранительная мысль: не торопись, не надо спешить, все идет так хорошо, невыносимые призраки прошлого как будто отступили и теперь важно не испортить, не нарушить этот процесс, пока не свершится главное - не произойдет окончательный переход в новый мир полного чувственного слияния, знаменующий собой возвращение к нормальной женской жизни. И надо как-то объяснить Стиву эту необходимость, чтобы по незнанию или в спешке он не совершил какой-нибудь глупой, нелепой ошибки, которая отбросит все достигнутое вспять.

– Подожди, Стивен, не торопись, - как-то непроизвольно вырвалось у нее, словно в озвучивание ее мыслей. Тем более что рот и язык были свободны в своем волеизъявлении, ибо Стив еще не успел добраться до них и его губы находились в данный момент где-то у основания ее шеи.
– Остановись и остынь! Я тебе кое-что должна сказать.

Он с трудом и видимым сожалением отлепил губы от ее шеи и, приподняв голову, заглянул ей в глаза. Он даже слегка откинулся набок и отодвинулся для лучшего обзора. При этом в преддверии серьезного разговора убрал на всякий случай руку из-под платья, но оставил ее сверху бедра. Не дожидаясь возможной отповеди своим деяниям, видимо привыкнув работать на опережение, он тут же, с ходу, зачастил в самооправдательной манере:

– Что ты хочешь сказать? Извини, я, наверное, не с того начал и слишком увлекся. Я понимаю, что вначале надо поработать языком и мозгами, а потом руками. Я тоже должен тебе кое-что объяснить. Про свои чувства к тебе. У нас раньше не было серьезных разговоров на эту тему, а сейчас все пошло как-то спонтанно. Но это не значит, что мне нечего тебе сказать. И я хочу сказать, что у меня не поверхностное увлечение. Я серьезный человек, и у меня серьезные чувства к тебе. Это не простое увлечение экзотической красавицей и не стремление пополнить количество личных побед. Да, у меня были в прошлом девушки, но никогда я не испытывал столь сильного влечения. Я понимаю, что не могу обходиться без тебя. Но и ты пойми: мы взрослые люди, а взрослые чувства тоже требуют своего выражения, в том числе и физической близости. Я понимаю, что у тебя могут быть другие представления о любви и какие-то свои табу и тайны. Ну что ж, будь откровенна. Поделись своими сомнениями. Я готов тебя выслушать и понять.

– Спасибо за объяснения и желание меня понять. Я не против физической близости с тобой. Ты мне тоже очень нравишься, и мне приятно то, что ты делаешь с моим телом. Я не ханжа и не считаю, что заниматься любовью можно только в браке. А что касается тайн, то здесь есть о чем сказать. История достаточно банальная, и мне не хочется вдаваться в ненужные детали. Я была физически близка с одним парнем, всего один раз и не по своей воле. Во время учебы в колледже, на одной из студенческих вечеринок. Я не контролировала себя, он тоже. Вот так и получилось. Ничего хорошего. В сексуальной жизни женщины очень многое зависит от первого раза, от того, как он пройдет. И теперь я просто боюсь повторения этих неприятных ощущений. Для меня общение с тобой сейчас - как испытание, как проверка своей готовности забыть прошлый кошмар и начать жизнь заново. Знаешь, у меня сейчас, наверное, противоречивые ощущения, как у девственницы, страстно желающей физической близости и одновременно страшно боящейся связанных с этим действий. Поэтому я не хочу торопиться. Просто мне надо вначале убедиться, что я действительно готова психологически к этой любви. Так что не обижайся. Если тебя это не пугает и я тебе по-прежнему нужна, мы могли бы проделать этот путь вместе, спокойно, не спеша и со взаимным пониманием. И давай все же начнем с кофе, который ты так любезно принес, пока он совсем не остыл. И еще я хотела бы воспользоваться твоим душем.

– Ну что ж, идея разумная. Действительно, постель может и подождать некоторое время.

Все, что пожелаешь, к твоим услугам: и кофе, и душ, и мое терпение. Я предполагал что-то в этом роде, принимая во внимание твое поведение во время наших встреч, какую-то застарелую душевную травму. Надо было просто не оттягивать этот разговор. Я не монстр, не ортодокс и достаточно понятлив. Давно бы уже прояснили ситуацию и начали взаимоприятный курс лечения.

Стивен помог ей подняться с дивана и даже пригладил складки платья и сбившуюся прическу. Видимо, вполне удовлетворенный ее возвращением почти к исходному светскому виду, он чинно, под руку подвел ее к креслу возле своего письменного стола и перенес туда же поднос с кофейными кружками.

Кофе еще не успел остыть, и Сюзанна, обхватив теплую кружку руками и слегка наклонившись вперед, медленно и задумчиво отпила несколько глотков. Стив тоже сидел молча рядом, разглядывая ее и думая о чем-то своем. Потом он резко встал и направился к шкафу.

– Как хозяин дома я обязан заботиться о своих гостях. Так что придется подыскать тебе что-то вроде импровизированной ночной рубашки или халата. Боюсь, что с твоей комплекцией ты в моем банном халате утонешь. Вот эта рубашка голубого цвета, я думаю, вполне подойдет. Свободного покроя и разумной длины. Так что у тебя будет вполне пристойный вид для домашней жизни. Новую зубную щетку я тебе, так и быть, щедро и бескорыстно выделю из своих запасов. Остальное сама найдешь в ванной комнате. А я пока постель приготовлю на том же диване.

– А что, другого нет?

– Да. Другого, к сожалению, нет. Вопиющая мебельная бедность. Все деньги уходят на тетради, учебники и кофе. Так что рассчитываю на твой гуманизм и сострадание к мужскому полу. Я могу, конечно, спать на полу или в кресле, но это не очень удобно, кости болят и мышцы затекают. Учитывая то, что я легко поддаюсь дрессировке, весьма скромен, чуток и обаятелен, можно было бы смело пойти на эксперимент и допустить меня к возлежанию рядом с тобой на том же диване. Так сказать, с должным комфортом и с мгновенной готовностью помочь тебе и выполнить любые твои пожелания. Приставать сам не буду, только в случае инициативы с твоей стороны. Слово джентльмена. Ну так как?