– Я присмотрю за девочкой и без твоей микстуры, - сказала Джин Лаури смягчившимся тоном.
– Иди. Со мной она будет в безопасности.

Аланна встала на колени и посмотрела в лицо своей дочери.

– Будь хорошей девочкой, Сибби, и слушайся госпожу Лаури, - сказала она. Затем встала, отряхнула юбку и вышла.

***

Как раз в тот момент, когда Аланна оставляла свою дочь у Джин Лаури, Велвет получила раннюю весточку от своей золовки. Анабелла просила навестить ее сегодня. Ян собирается на охоту, а так как Алекс уехал в Хантли, может быть, она будет свободна. Придется поехать. Анабелла невероятно скучная особа. Но сейчас, похоже, она в хорошем настроении. Велвет очень хотелось подружиться с сестрой своего мужа. Кроме Беллы, других женщин, за исключением прислуги, поблизости не было. Велвет же скучала без женской компании. После столь тесной дружбы, установившейся между ней, Иодх Баи и Ругайей Бегум, а особенно сейчас, когда она ждала ребенка, ей нужно было женское общество. Пэнси, да благословит ее Господь, так занята своей собственной жизнью, что Велвет не чувствовала себя вправе навязываться ей.

– Пэнси, - позвала она из постели, и ее камеристка поспешила в спальню.

– Доброе утро, миледи!

– Мы сегодня отправляемся в Грантхолл, Пэнси. Ты еще можешь ездить верхом, или мне лучше взять с собой одну из служанок?

Пэнси, на пятом месяце своей второй беременности, похлопала себя по округлившемуся животу и сказала:

– Я вполне еще могу залезть на лошадь, миледи, и поеду с вами. С ребенком или без, я все еще могу ездить верхом получше, чем эти вертихвостки.

Велвет улыбнулась про себя. Пэнси изо всех сил отстаивала свое место в жизни Велвет. И у нее не было ни малейшего намерения позволять кому-нибудь из местных шотландских девушек занять его. Она, Пэнси, камеристка графини Брок-Кэрнской, и пусть все об этом помнят.

– Вы наденете платье или обычный костюм для верховой - Только не платье, Пэнси. Дорога такая пыльная. Белле придется принимать меня в дорожных рейтузах.

Пэнси согласилась со своей госпожой и быстро достала рейтузы Велвет, ее блузку, пояс, жилет и сапоги. Потом распорядилась насчет ванны для миледи, добавив в нее настой левкоя.

После того как Велвет помылась, Пэнси помогла ей одеться. Пока госпожа поглощала завтрак, состоявший из запеченных в сливках и шерри яиц, тонких кусочков только что пойманного и зажаренного лосося, свежеиспеченных лепешек с медом и маслом и разбавленного водой вина, Пэнси поспешила переодеться сама.

Узнав, что его жена собирается куда-то ехать со своей госпожой, Дагалд забеспокоился.

– Я не хочу, чтобы ты потеряла ребенка, Пэнси, дорогая.

– Пусть ее едет, - оборвала его Мораг Геддес, которая, казалось, всегда принимала сторону английской невестки.
– Пэнси хорошая, крепкая девочка и ничего не сделает ребенку. Разве она не привезла нашего маленького Даги домой в целости и сохранности из этой варварской страны? Езжай спокойно, Пэнси, разрешила она, и, помахав рукой, Пэнси поспешила к своей хозяйке.

Пока Дагалд смотрел вслед своей жене, его мать увещевала его:

– Ты стал хуже старой бабы, Дагалд. Здесь всего-то две мили до Грантхолла.

Велвет уже сидела в седле своей гнедой кобылы Сайбл, когда к ней присоединилась Пэнси, быстро забравшаяся на своего крепкого, белого с черным пони, которого она назвала Бесс, - в честь ее величества, как она поведала своей госпоже. С ними в путь тронулось полдюжины вооруженных всадников, но больше для виду, так как это были земли Брок-Кэрна, а в Шотландии сейчас мир.

В воздухе чувствовалось легчайшее дуновение осени. Они выехали из замка, процокав копытами по подъемному мосту, и вступили затем на ведущую вниз дорогу. Дул легкий ветерок, солнце играло в прятки с пушистыми белыми облачками. Когда они проезжали через Брок-Эйлен, жители деревни приветствовали свою графиню, которая, как и ее супруг, отвечала на приветствия, называя их по именам, зная все маленькие тайны их жизни. Жители Брок-Эйлена любили Велвет. Она увидела маленькую Сибби, игравшую перед домиком Джин Лаури, и на мгновение вспомнила Ясаман. Сморгнув слезы с ресниц, Велвет подумала, что пора решать что-то с дочерью Алекса, прелестной малышкой. Она не виновата, что у нее такая отвратительная мать.

Деревня осталась позади. Всего милю или около того надо было проехать до Грантхолла, усадьбы, где Ян и Анабелла жили со своими двумя сыновьями, Джеймсом и Генри. Дорога вилась лесом, густым и зеленым. Вдруг, к своему удивлению, они обнаружили, что их окружил отряд мужчин, одетых в зелено-голубую шотландку с узкой красной полосой, в которых люди Брок-Кэрна сразу узнали цвета клана Шоу. Мгновенно шесть вооруженных всадников встали кольцом вокруг своей графини и ее камеристки. Однако противник значительно превосходил в численности. Скоро все они уже валялись на земле.

– Вперед, Пэнси!
– воскликнула Велвет, стараясь перекричать шум схватки, и воткнула шпоры в бока Сэйбл. Однако ее порыв, так же как и Пэнси, был быстро остановлен каким-то гигантским человеком, больше похожим на медведя, который, повиснув на уздечках и Сэйбл, и Бесс, удержал их на месте. Велвет ударила его рукояткой хлыста.
– Отойдите от моей лошади!
– закричала она.
– Я графиня Брок-Кэрнская! Как вы смеете нападать на меня на моих собственных землях?!

Раналд Торк разразился хохотом: