Шрифт:
А что вы здесь делаете? Поклоняетесь дьяволу?
Они оба снова захохотали. Веселый парень этот американец Эндрю. Он, пожалуй, похож на тех, что в фильмах. Правда, не в наших, а в своих же, в голливудских.
– -Значит, с бородой?
– снова уточнил Андрей.- М-да, здорово вам мозги промывают... Скажи, а ты что, морской авиации летчик? Navy aviation?
– Почему?
– удивился Эндрю Манн.
– -Костюм-то - синий.
– -Да нет, синий как раз не морская авиация. У тех - зеленый.
Замурцев еще раз поразился причудливой американской логике: ежу ясно, что, скорее, у морских форма должна быть синей.
– -Как тебя сбили? Ракетой?
Эндрю ответил неопределенной гримасой и промолчал.
"Ракеты-то у иракцев наши, потому парень и корчит лицо",-расшифровал для себя Замурцев и не стал настаивать.
В общем-то, не совсем удобно напоминать гордому американскому соколу, что свиста ветра в перьях пока что больше нет, но, во-первых, не делать же вид, что тот просто путешествует в этих краях автостопом, а во-вторых, всё могло бы завершиться гораздо хуже. В конце концов, существует ведь и обыкновенное человеческое любопытство.
– -Извини, Эндрю, если тебе об этом неприятно вспоминать... Ты из Турции прилетел? Американец секунду подумал, потом подтвердил.
– -А что бомбил? Опять пауза. Потом - вежливый ответ:
– -Не знаю.
Ну и черт с ним! И о том не спроси, и об этом. Наверняка бомбил базу в Эль-Кейне, в "Ньюсуике" и без того всё нарисовано, видел он схему. И самолет его наверняка - F-111 с длинным носом и меняющейся геометрией крыла - тоже мне, Мальчиш-Кибальчиш и военная тайна... Хотя в F-111, кажется, не один пилот, и может парень летел не один. И, в конце концов, может и зовут его вовсе не Эндрю Манн, а Леланд Стивз или Рональд Хэмфри...
– -Саддам...-сказал американский Эндрю, очевидно, почувствовав, что не худо бы разрядить обстановку,- Саддам - вот так, -и он показал, как повесят Саддама Хусейна, и какая у того будет при этом физиономия, и как вывалится язык. Он специально протиснулся между спинками передних сидений и повернулся к Джарус, чтобы та тоже посмотрела и повеселилась.
Хотя - что, собственно, Саддам? Что все так уперлись в Саддама? Просто один из не самих умных навуходоносоров. А если разобраться, историю всё равно делают тираны и преступники, все остальные только пытаются ее подправить...
– -Скажи, ты из посольства?
Замурцев отвлекся от своих саркастических рассуждений.
– -Нет. Я так... по торговле.
Он подумал и добавил:
– -Но номер на машине дипломатический, с красной полосой - видел? У нас, советских, здесь у всех такие.
– Да-да, вы здесь особая нация. Может быть, у тебя есть карта этих мест?
– -Есть, но не очень хорошая. Для туристов.
Замурцев полез в бардачок и достал всё ту же - наследственную карту, стесняясь ее изношенности. Увидев ободранный лист, раскрашенный в веселенькие туристские цвета, Эндрю заметно погрустнел.
– -А другой нет?
"Свою терять не надо было",-подумал Замурцев.
– -Другой нет, извини. Тогда американец задал неизбежный вопрос:
– -Пожалуйста покажи, где мы сейчас находимся.
– -Приблизительно, ладно?
– сказал Андрей, имея в виду, что сам не знает толком, куда за ночь они успели заехать.
– -Хорошо, приблизительно, -согласился Эндрю Манн, имея в виду, что от такой замечательной карты нельзя требовать большой точности.
– -Значит, так, -забормотал Андрей,- Румейлан проехали, получается: мы где-то отсюда... и досюда, -показал он.
– -Но тут километров сорок, -неуверенно произнес американец.
– -Ну да, верно, глаз-алмаз (последнее, разумеется, по-русски).
Летчик смотрел на его радостные кивки, словно на ужимки душевнобольного.
– -А точнее ты не знаешь?
– -Да мы... (как будет по-английски "заблудились"?) потеряли ночью дорогу, понимаешь?
– -И что, полсотни километров так и ехали без дороги?
Какой занудный американец! Может, он вообще туповат, другой между прочим, сразу бы заметил, что у "Вольво" на номере знакомыми буквами написано: SYR , Сирия то есть, парень, понятно? А он: "Which country..."!
– -Ну ладно, -сказал Эндрю, смягчась от нехорошего андреева молчания.А вот эта Аль... Малькия далеко?
– -Не знаю.
– Well. {Ладно. (англ.)} А когда мы поедем?
Это кое о чем напомнило Замурцеву, и он вместо ответа сказал:
– -Ты извини, я лампочку выключу, а то аккумулятор сядет. Он выключил свет в салоне, потом сообразил, что так и не ответил на американский вопрос, в очередной раз с огорчением вспомнил, что приключилось с его оливковой "ласточкой", и, ударив ладонью по рулю, сказал исключительно по-русски: