До того, как отправиться к Райфелю в его склады, Роумэн заглянул в типографию, зашел к хозяину, сеньору Карлосу Эрмида Игуэрасу (выпаливает сто слов в минуту, усы нафабрены, закручены вверх по-кавалерийски, невероятно порывист в движениях, несостоявшийся репортер, мечтает о литературной карьере, выпустил свою книгу стихов тиражом в сто экземпляров, разослал всем друзьям, родственникам и в столичные газеты, ответа ни из одной не получил, рецензий, как ни ждал, не дождался). Поинтересовавшись, можно ли к сегодняшнему вечеру напечатать пять объявлений - оплата наличными, организация отдыха и рыбной ловли на Паране, - Роумэн заметил:

– За ценой не постою, начало бизнеса предполагает вложения.

– Размер?
– сразу же спросил Игуэрас.
– Я могу напечатать прекрасные объявления в два цвета, черный и синий, прекрасный шрифт, возможна переработка в рифмованном стиле, стоить будет ерунду, десять процентов от общего объема работы, довольно дороги воспроизведения фотографического материала, впрочем, и качество не слишком-то хорошее. Я всегда говорю правду в начале разговора, чтобы не было каких-либо недоразумений в конце; мы, аргентинцы, люди чести, прежде всего доверие друг к другу, согласитесь, что я прав?!

Дважды Роумэн пытался перебить сеньора Эрмида Игуэраса, но понял, что дело это безнадежное, - с о л и с т; ну, и слава богу, в таких только надо н а щ у п а т ь нужную точку - скажут все, в чем заинтересован. Упоминание о <рифмованном стиле> помогло Роумэну верно построить разговор, он сразу же попросил хозяина подумать, как можно положить на стихи простой текст: <Желающие отрешиться от суеты могут провести три прекрасных дня на Паране, отдаваясь рыбалке и созерцанию сказочной тропической природы>.

– Вообще-то вы довольно красиво сказали текст в прозе, - заметил сеньор Эрмида Игуэрас, но в глазах его уже зажегся алчный блеск творчества, и он подвинул к себе чистый лист бумаги.
– Через пять минут я предложу вам варианты.

Роумэн достал свои <Лаки страйк>, закурил, подумал, что бы сказала Криста об этом человеке (она давала поразительно точные и в высшей мере краткие характеристики, схватывая самую суть человека), закурил и задумался, как лучше поставить вопрос о том объявлении, что было расклеено в авиапорту: называть имя одного лишь Шиббла или Райфеля тоже? Впрочем, вероятно, хозяин сам назовет эти имена, надо только ждать, из него л ь е т с я; как каждый поэт, он, видимо, алчет аудитории.

– Вот, - сказал сеньор Игуэрас; прошло не пять, а всего полторы минуты.
– Извольте: <Кто хочет неги и покоя, объятий древней старины, кто хочет спать не сидя - стоя, рыбачьте в дельте Параны!> Как?

Роумэн понял, что сейчас самое время для сакраментальной фразы: <Неужели вы это сами сочинили прямо сейчас?> Ничто не делает поэта твоим другом, как открытая н е к о м п е т е н т н а я лесть.

– Ах, ну, конечно, сам и прямо сейчас... Но это следствие той работы, - дон Карлос Эрмида Игуэрас постучал себя по лбу, а потом ткнул пальцем в сердце, - которая происходит здесь постоянно, даже во сне.

– Прекрасно, - повторил Роумэн, - просто не верится, что за одну минуту можно написать такие прекрасные строки... Только что вы подразумеваете под строкой <кто хочет спать не сидя - стоя>?

– Как это <что>?! Человек прибыл в Игуасу, вымотанный ритмом большого города, нарушение жизненно важных циклов организма, кишечник ни к черту, позывы появляются в самое неподходящее время, унизительное бурчание в животе, невозможность нормального сна, а ничто так не изводит, как бессонница, человек мечтает о часе сна, как о манне небесной, возможность уснуть на ходу, то есть стоя, кажется ему верхом счастья, - неужели не понятно?!

– Нет, нет, теперь я все понял, - Роумэн с трудом сдержал улыбку.
– А вот как объяснить про дельту Параны? Она же в другом месте, людей может отпугнуть необходимость добираться до дельты...

– Во-первых, слово <дельта> можно набрать мелко, а <Парану> укрупнить. Во-вторых, если вас это смущает, я пишу просто, без искусов: <рыбачьте в водах Параны!> Пожалуйста! Но, поверьте, в словосочетании <дельта Параны> есть что-то магическое, притягивающее...

– Лучше все же оставим <воды Параны>, - заметил Роумэн.
– Сколько я вам должен?

– Сотня. Включая рифму. Десять объявлений - сотня. По-моему, это вполне по-божески. А где текст с адресом и телефоном вашей фирмы?

– Шиббл не рифмовал свой адрес?
– усмехнулся Роумэн.

– Кто?
– сеньор Эрмида Игуэрас нахмурился.
– Шиббл? Почему он должен рифмовать свой адрес?

– Ну, его фирма... Они ведь пару недель назад печатали у вас такое же объявление...

– Это не он... Откуда у него деньги? Его фирма на грани банкротства.
– Это печатал дон Мигель Райфель.