– Чудно! – Минди выпустила стрелу в ледяных грифонов.

Удар сразил их всех, но снежные гаврики неумолимо приближались. Один из колчанов Минди уже совсем пуст, второй – наполовину. Опустив арбалет, Ричард попытался что-то сказать – у него явно начались затруднения с речью.

– Где… как… ты хочешь вот этим запустить в бармаглота? – сдавленно выговорил чародей. – Да ты с ума сошел!

Я открыл было рот, чтобы возразить ему.

– Дай сюда! – Ричард вырвал шар из моих рук, быстро сунул арбалет под мышку и зажег фитиль своей зажигалкой – крошечный язычок пламени заплясал на сильном ветру.

– Ну! – нетерпеливо заорал Джордж. – Бросай!

Но фитиль уже превратился в небольшую шишку.

– Ни за что! – бесстрастно заявил Андерсон, не двигаясь с места.

Разразившись бранью, отец Донахью кинулся к нему, как вратарь – за мячом на футбольном поле. Внезапно что-то случилось с моим зрением – словно вся вселенная пронеслась в сотнях сменяющих друг друга телеканалах: сотни реальностей в долю секунды… Так же неожиданно наступил блаженный покой – калейдоскоп фантастических видений погас. Потрясенный, я вдруг осознал: я… нет, не только я – вся команда будто заново родилась. Шрамы и порезы исчезли без следа; комбинезоны как новенькие – чистые, выглаженные; черные ботиночки безукоризненно начищены; все мы как только что из душа – чистенькие, свежевыбритые… Лично я чувствовал себя совершенно обновленным, пышущим энергией. Датчики лазерного пистолета в моей выхоленной, наманикюренной руке показывали стопроцентную мощность; сумка для боеприпасов потяжелела от обойм; новая связка гранат опоясывала мою грудь. Даже приунывший Андерсон ожил, его серебряный жезл пульсировал избытком энергии.

– "Солнечная бомба"! – объяснил чародей, прежде чем мы успели забросать его вопросами. – Наши жизни она укоротила на месяц, но кто сейчас станет возражать?

Никто и не вякал. Так вот что мне полагалось найти в арсенале! Это я-то терпеть не могу джинн… этих истинных гениев? Да ничего подобного, я их просто обожаю! Что за славный народец! Вдруг сумка у меня на плече затрещала – целехонький меч Минди вывалился оттуда. Специалист по единоборствам подскочила и подхватила свое зеркальное чудо в дюйме от земли.

– Не может быть!.. – прошептал Донахью из-под жестких усов, проводя рукой по густой рыжей шевелюре.

– Что ты наделал, безмозглый ты человек! – раздался вопль Джессики.

Обернувшись, я чуть было не умер от разрыва сердца: лестница… она полностью восстановилась! Хрустальные "витязи" взбирались по ней с ужасающей скоростью. Ледяные грифоны снова как огурчики – целы и невредимы! Гигантское иглу33 укрыло собой водолазный колокол. И еще: раны бармаглота совершенно затянулись и он стал в два раза больше!

– Ух ты! – сконфузился Ричард.

Минди, с безукоризненной прической на голове, повернулась и от души дала Андерсону пинка в зад.

– "Ух ты"?! – завопила она. – "Ух ты"?!

Набирая высоту, левиафан34 испускал

потоки голубоватой жидкости из мириады, наверно, – теперь уже – ротовых

отверстий. Дико жестикулируя, чародей воздвиг изогнутый эфирный щит, но

тот лишь частично отражал стремительно льющиеся водные массы. Жидкость

ударила под углом и превратила в ничто исполинскую каменную глыбу,

торчащую рядом с лестницей.

– Почему… он раньше… этого не делал? – Джорджа плохо было слышно из-за беспрерывного рева его дергающегося орудия.

– Наверно, ослабел от разрушения храма, – предположил Ричард, снимая с плеча сумку.

– Не хочешь ли ты сказать, что проклятый храм тоже восстановился?

– Наверн… не знаю.

– О, черт побери!

Снова заговорило исполинское чудовище, с каждым вздохом извергая бесчисленное множество ледяных копий, – они обрушились на нас массированной атакой. Одна стрела попала в грудь Джессике и сбила ее с ног, ломая кости, – и защитная броня не помогла. Другая вонзилась мне в бедро; еще одно копье просвиристело так близко над головой, что я мог видеть в нем собственное отражение. Повсюду взрывались морозные снаряды. Джорджу в руку попал осколок копья. Минди прыгала и лавировала под обстрелом, пока невредимая. Донахью поцарапало шею и голову, а Ричард, засыпанный снежной пылью, обращал летящие к нему смертоносные копья в снег.

Отец Донахью, держа в обеих руках по базуке, стряхнул кровь с лица и выстрелил из обоих орудий одновременно. Выпустив столб огня, двойные ракеты взмыли ввысь. Первая прошла мимо чудовища и исчезла вдали. Но вторая попала ему прямо в живот, и каждая его голова разразилась жутким воплем, когда из его чрева выпали горящие внутренности. Джордж вел прицельный огонь по открытой ране; плоть монстра разлеталась в клочья, кровь брызгала струей, когда бронебойные пули попадали в его туловище.

– Эд, прикрой меня! – крикнул и так основательно укрытый снегом чародей, опускаясь на колени.

– Прикрыть? Тебя?! – рявкнул я, поливая грифонов из лазерного пистолета.

Соприкасаясь со световым лучом, их ледяные тела с шипением взрывались. Развернувшись, я стал выламывать камни из лестницы. Обозленные хрустальные "витязи" грозили мне смешными жестами.

– Да как только подвернется удобный случай, я убью тебя собственноручно!

– А я еще добавлю для верности! – ухмыльнулся Ренолт. Левый рукав его форменной рубашки стал черным от крови.

Но Ричард не ответил, а только виновато уткнулся носом в свою книгу магических заклинаний. С помощью мела и бечевки он торопливо начал чертить, обозначать на каменных плитах пентаграмму – готовился к великому волшебству. Сейчас, в разгар битвы? Следя за движением его жезла, я понял почему: небо прочертили линии – белые линии в бирюзовом небе. Скорость летящих ракет так велика, что их не увидишь глазом, о продвижении можно судить только по белому следу. Они пришли раньше, чем запланировано! В отчаянии я поднял ко рту часы – там радио, – но потом опустил руку: нет, сейчас никто ничего уже не сделает.