Слава богу, что в холодильнике осталась заветная бутылочка пива «Элефант». Я открываю её и жадно присасываюсь к горлышку — как жалко, что это такая маленькая бутылочка. А похмелье — такое большое.

Я посмотрел на на свой рабочий стол: книга Мануэля Галича «История доколомбовых цивилизаций Америки» и монография Геленкампфа «Загадка цивилизации Майя» остались на месте, их Малыш не забрал. Что ж теперь Малыша Джо я вычеркну из числа своих близких знакомых.

Вскоре в дверь позвонили, это наверняка принесли посылку от дона Карузо. За дверью действительно стоял, переминаясь с ноги на ногу, Малыш Джо. Он старался не смотреть мне в глаза:

— Я, это…, тебе подарок принес от босса, — он все-таки посмотрел мне в глаза. — Он хотел знать, чем ты так увлекся, что не вышел на работу. И…, я взял твой каталог. Прости меня.

— Чего уж, там. Такая у тебя работа. Надеюсь в ящике не бомба? — Я улыбнулся предателю.

— Бомба. — поддержал мою шутку Малыш. — Ну я пойду? Или обмоем?

Перебьется! Я закрыл дверь перед его носом. Интересно, что мне подарил мистер Карузо? Может быть дохлую рыбу, что бы означало два конца: карьеры и жизни. Но в такой увесистый ящик поместится не одна дохлая рыбка. Ладно, Сережа, не гадай, а возьми и просто открой эту чертову посылку, даже если она со взрывчаткой. Я поставил посылку на рабочий стол и закрытыми глазами поддел ножницами крышку ящика.

…Взрыва не произошло. В посылке было много стружек. Я полазил в них рукой и нашарил каменную пластину, а когда вытащил её на свет, то потерял дар речи. У меня в руках был наконечник Хунака Кееля.

Вывел меня из оцепенения еще один телефонный звонок. Я прижал наконечник к сердцу и поднял трубку.

— Алло!

— Ты получил подарок, мой мальчик? — Голос дона Карузо был приглушенно-заботливым.

— Это прекрасная копия, шеф! — Ответил я. — Спасибо.

— Копия? Подлинник, мой мальчик. Его купили по моей просьбе у лорда Стентфорда. Владей на здоровье. — Затем он повторился, — ты хороший работник. И я ценю это. Ты не хочешь меня поблагодарить?

— Спасибо, огромное спасибо. Я очень рад доктор Карузо. — Шеф любил, что бы его называли доктором.

— Пока, мой мальчик, можешь ещё пару дней поваляться дома и повозиться со своей новой игрушкой. И не пей больше.

Я положил трубку. Вот это да! Я не мог понять, почему мне шеф сделал такой дорогой подарок и как ему удалось уговорить старика фанатика продать своё сокровище. Тут явно не обошлось без мафиозных штучек, без угроз, шантажа или… Я схватил телефон и набрал номер службы доставок.

— Центральный офис службы доставок.

— Срочно доставьте, пожалуйста, центральные лондонские газеты за последний месяц и две бутылки виски по адресу…

— Ждите в течении часа.

Я был одновременно счастлив и несчастлив. Счастлив, что уникальная археологическая находка стала моей и несчастлив, если кто-нибудь из-за неё пострадал. От наконечника исходили невидимые волны, они как бы гладили меня. Это было совсем не то, первое ощущение из музея. Посох словно тогда изучал меня, а сейчас ласкал и гладил. От него исходило приятное тепло, вибрации радости, счастья и уюта. В мозгу возникли чарующая музыка и разноцветные брызги северного сияния. И. … И голос, зовущий в даль, голос, знающий где расположена твоя персональная звезда, сопровождающая, своим блеском человека с момента рождения, до самого последнего удара сердца. Словно кто-то древний и мудрый стоял за моей спиной и молча делился со мной своей первородной энергией. В глазах поплыли галактические туманности и всепоглощающее межзвездное запределье захватило меня в свои цепкие невидимые щупальца. Я попал в пси-ловушку посоха. Сопротивляться не было сил, да и совсем не хотелось сопротивляться. Подобный кайф я испытывал, лишь при употреблении ЛСД. Постепенно я потерял связь со своим телом, стал частицей, стал Вселенной, стал … Стал сложным существом, существующем одновременно в сотнях измерений. Я теперь знал всё — секрет сотворения мира, да что там — все знания Вселенной стали доступны мне. Я не создан по образу и подобию бога, я сам … Или на одном уровне с ним. Опьяненный своими открытиями я попробовал сотворить свою Вселенную. Уф! Не вышло. А, тяжело! Я еще раз пытаюсь — и снова никакого эффекта. Только пыль сыпится из моего наконечника. Творец трудился не покладая рук целых семь дней. А я — бестолочь, решил справиться сразу. Что бы соткать новый мир, нужно самому быть богом, для этого не достаточно владеть его инструментом. Простые смертные способны ткать миры, лишь в собственных мыслях…

Моему внезапному вдохновению помешал звонок в дверь. Я кинул наконечник на журнальный столик. Надо же решил, что владею инструментом Творца. Это всего-навсего наследие неизвестной доселе культуры, вещь времён Атлантиды. Просто любопытный артефакт.

Звонил посыльный из службы доставки. Он принёс мне увесистую пачку газет и пакет со спиртным, и содрал за это сто сорок долларов. А потом, наглец, ещё и про чаевые напомнил. Пожалел я его и дал ему доллар. Сначала дело, затем работа. Дело — опохмелиться, работа — просмотреть лондонские газеты. Я уверен, что бы продать такую редкую вещь, как посох Хунака Кееля, нужна очень веская причина. Об этом должны писать газеты, иначе она краденая или продана тайком. Я влил в себя огромный бокал виски и закусил маринованным огурцом. Красота! Говорят, спирт изобрели арабы, какие они — молодцы. Надо повторить. И я повторяю, пока не кончается бутылка. Хорошо! Теперь мне, как истинному русскому можно и поработать! Это как в старом анекдоте:

И я смогу! Открываю «Лондонский монитор». Листаю первую газету, вторую, третью. Вот на первой полосе: «…трагически погибла в автомобильной катастрофе жена известного лондонского коллекционера и археолога-любителя Лорда Стентфорда, оставив ему большие долги. Лорд Стентфорд попал в реанимацию с инсультом. Их приемная дочь решается на продажу некоторых экспонатов, для погашения долгов.» Понятно. Такое под силу только доктору Карузо. Не знал, что шеф так высоко меня ценит. Вот моё желание — исполнилось, а я совсем не рад. Наверное, поэтому и пью виски. Повод всегда можно найти.

В других лондонских газетах то же самое, за исключением «Ежедневного вестника новостей». В статье писалось, что некто инкогнито приобрёл на аукционе самый ценный экспонат из коллекции Лорда — наконечник посоха Кокома, за полтора миллиона долларов. Ого, во сколько меня оценили! Тогда же, где свидетельство о владении? Я кинулся к ящику и на самом его дне нашел свидетельство о владении, выписанное на моё имя.

Потом помню, я опять звонил в службу доставки, заказывал ящик русской «посольской» водки и множество различной закуски, пару ящиков пива и французкого вина. Наконечник я повесил на шею, как талисман и не расставался с ним даже во сне. Тут ещё тоска по дому на меня навалилась. И я сдался.