Девушка отложила прялку, приняла корону из рук гостя, возложила ее на голову и, поднявшись, направилась к висящему на стене зеркалу. Третья ведьма тщательно изучила свое отражение с королевской короной на черных как смоль волосах. Наконец она повернулась к гостю.
– Корона мне весьма к лицу, - объявила девушка.
– Я поеду с тобой и стану твоей королевой. Но помни, что я не люблю тебя, и богатства твои ничего для меня не значат, и если в один прекрасный день мне надоест быть королевой и захочется вернуться к ведьминской жизни, я покину тебя и твой дворец, и возвращусь домой.
– Одной рукою она подхватила прялку, а другой - шлейф платья, и вышла из серого каменного дома. Молодой король усадил ее на коня впереди себя, и вместе поехали они во дворец.

Вскорости сыграли свадьбу; и во дворце, и в городе устроены были пышные торжества в честь бракосочетания короля. Многие гадали, кто невеста такая и откуда родом, но расспрашивать правителя никто не смел.

Молодой король ни в чем не отказывал жене, предупреждая малейшее ее желание. Он сложил к ногам королевы все свои богатства, золото и драгоценности, и предлагал еще.
– Все, что бы ты не пожелала, твое, говорил он, - ибо разве я не король?
– Королева не отвечала, и улыбалась про себя, ибо супруг ее обладал только земной властью, она же владела секретами колдовства.

И хотя король любил жену с каждым днем все сильнее, немало перешептывались о ней во дворце, а из дворца странные слухи доходили и в город. Поговаривали, что однажды, прогуливаясь во дворцовых садах, королева дотронулась до куста белых роз, и розы сделались алыми. А в другой раз она погрузила руку в воду, и фонтан тут же иссяк. Кто-то уверял, что видел, как королева подобрала с земли мертвую ласточку, убитую садовником за то, что клевала его семена; жена короля подержала птичку на ладони, а когда снова разжала руку, ласточка вспорхнула и улетела. Говорилось также, что когда королева пьет воду, едва губы ее коснутся чаши, вода обращается в вино. Но хотя рассказывали о чужестранке все это и много чего другого, однако никогда - вслух; ибо она была королевой, и король в ней души не чаял, и, когда супруг ее отлучался, она неизменно сидела за прялкой и пряла алую нить, что, разумеется, никто бы королеве в упрек не поставил.

Однажды знойным летним вечером венценосная чета каталась по реке в королевской ладье, и король уронил в воду серебряное кольцо. Потеря несказанно его огорчила.
– Это подарок покойного друга, за все сокровища мира я бы не расстался с перстнем.

Королева коснулась руки мужа.
– Я могу вернуть твое кольцо, предложила она.

Король заглянул в золотистые глаза жены и вздрогнул, ибо колдовство внушало ему ненависть и отвращение, и несмотря на то, что он жалел о кольце, правитель покачал головой.
– Нет, не нужно, - сказал он.

Ведьма пожала плечами.
– Как угодно, - отозвалась она, отворачиваясь.

И вот настал день, когда король тяжело заболел; не в силах подняться с постели, он метался в лихорадке. Королева склонилась над больным.
– Я могу исцелить тебя, - сказала она, и положила ладонь мужу на лоб, и жар тотчас же схлынул. Молодая женщина улыбнулась.
– Скоро ты будешь здоров, сказала она тихо.

Но король заглянул в золотистые глаза жены и вздрогнул.
– Нет, возразил он, - не такой ценой. Оставь меня.

Королева пожала плечами.
– Как угодно, - отозвалась она, и отняла руку от лба, и боль и жар тотчас же возвратились. Молодая женщина отвернулась от мужа, вышла из комнаты и возвратилась к прялке. И прошел целый месяц, прежде чем король окончательно поправился.

У короля был младший брат, которого он очень любил. Однажды отрок заболел, и хотя король призвал к нему прославленных целителей того края, все они оказались бессильны.
– Болезнь неизлечима, - объявили целители королю.
– Принц умрет.

Королева пришла к мужу, что сидел у ложа умирающего мальчика, и коснулась его плеча. Король заглянул в золотистые глаза жены.
– Я могу спасти его жизнь, - промолвила молодая женщина.

Король вздрогнул.
– Нет, только не такой ценой, - отозвался он.

– Если ты не примешь мою помощь, он умрет, - напомнила королева.

В сердце короля боролись любовь к брату и ненависть и колдовству. Долго глядел он на бледное лицо юного принца, а затем обернулся к королеве.
– Пусть умирает, - проговорил правитель. Ведьма пожала плечами. Как угодно, - отозвалась она, и вышла из комнаты, и более не предлагала королю своей помощи. А юный принц умер, и король долго оплакивал брата.

Год или два спустя настала засуха, и в землю пришел голод. Король делал все, что мог, чтобы облегчить муки своих подданных, но он знал, что до следующего урожая помощи ждать неоткуда. Невзирая на все усилия правителя, народ страдал; и, как водится в такие времена, люди стали искать, кого бы обвинить во всех своих несчастьях.

А далеко ходить не надо было. В королевском дворце королева сидела за прялкой. Морщины не избороздили ее щек, лицо не осунулось: голод ее не коснулся. Избранница короля по-прежнему оставалась для всех чужой; никто не знал, откуда она взялась. О королеве больше не шептались по углам; сплетни во всеуслышание передавались из уст в уста на городских улицах; рассказы обрастали все новыми подробностями.
– К нам пришло зло, отсюда все наши несчастья, - говорили люди.
– К нам пришло зло, и зло это - королева. Ведьма же слушала и смеялась.