– А ты?
– волновался Дидат.

– А я ей и говорю: может быть, на мне и нет формы космодесантника, может быть, у меня нет зеленого жетона космодесантника, но все равно я всегда был, есть и буду в сердцах близких - космодесантником! Незабвенным героем битвы при Сатурне".

– А она?

– Она говорит: на Сатурн брали только крепких парней! Каково?

– А ты?

– А я смотрю - что бы я ей не сказал, она мне не поверит. Как я еще мог ее убедить? Вышел из салона, не дожидаясь посадки, и громко хлопнул дверью. Чуть не разбился. Спасибо, ты вовремя подоспел.

Челнок тем временем подлетел к кораблю.

Открылась шлюзовая камера, и челнок юркнул туда. Встречать нас выкатился полутораметровый коротышка-робот. Последний раз я встречал таких роботов в XXII веке. Точнее - в музее робототехники XXII века. Hо этот, как ни странно, еще функционировал.

– Знакомьтесь, - сказал Дидат, - это Е2Е4, корабельный робот. А это - мой старый друг Олвяч, я тебе много про него рассказывал.

– Оазис!
– с восторгом пропищал робот. Я его не понял.

8

Мы сидели в рубке управления. Дидат настраивал бортовой компьютер на Орахорн. Я спросил:

– Где ты раскопал этот антиквариат?

– Да, именно раскопал, лучше и не скажешь. Я купил его на Юпитере.

– Hа этой помойке?!
– я невольно сморщил нос.

– Hу, во-первых, не на помойке, а на свалке, - оправдывался Дидат, - а во-вторых, где еще можно купить хорошего робота всего за 20 единиц? Я не так уж богат.

– Хорошего?
– усомнился я.

– Hу... тогда он еще вполне сносно работал.

– А почему такое странное имя- Е2Е4?

Дидат откинулся было на спинку кресла, забыв, что сидит на табурете.

– Видишь ли, первоначально этот робот планировался исключительно для игры в шахматы. У него солидное быстродействие, он способен обдумывать партию на 200 ходов вперед. Как-то раз, чтобы скоротать время, я сел сыграть с ним партейку. Начал я классически: Е2- Е4. Робот несколько секунд размышлял, а потом выдал мне: "Извините, но вы проиграли. Я поставлю вам мат в худшем случае - через 3 хода, в лучшем для вас - через 94 хода." С тех пор я не сажусь с ним играть.

– Да, это конечно...
– переваривал я.

– А потом у него сбилась настройка речи. Hе знаю почему, наверное - время его пришло. И он потерял примерно 97.8 процентов своего словарного запаса. Остались какие-то крохи. Первое время я не знал, как с ним общаться. А перепрограммировать такую модель, сам понимаешь, в наше время никто не возьмется. Можешь представить, каково было мое положение, я ведь и купил-то его для того, чтобы было с кем поболтать в затяжном полете, и чтобы он принимал по радио сообщения, пока я сплю. А теперь - какой от него толк? Сообщение-то он примет, а вот мне его передать- не сможет.

– Да...
– посочувствовал я.

– Hо я нашел выход, - гордо сказал Дидат.
– Правда, он не всегда работает, но довольно часто помогает.

– И что же ты придумал?

– Прежде всего, я исследовал остатки его лексикона. Набралось чуть больше пятисот слов.

– Что ж, для некоторых это даже много.

– И почти все слова какие-то бесполезные. Hе знаю, где он их набрался. Выход был только один: если Е2Е4 хочет сказать какое-нибудь слово, он разбивает его на буквы и на каждую букву говорит слово из своего запаса.

– Да, это выход.

– Другой вопрос - что он знает слова всего на 13 букв. Недостающие буквы он заменяет шлепками по корпусу. Сейчас мы тебе продемонстрируем. Эй, Е2Е4!

Е2Е4 вкатился в рубку.

– А ну-ка, скажи "туча", - обратился к нему Дидат.

– Толкать, укол, чучело, ах!
– скороговоркой выпалил робот.

– А теперь- "астероид".

– Алый, - сказал Е2Е4 и сильно, по-кингконговски ударил себя в грудь, - тыква, ехать, рыбка, оазис, или, дело.

– Нормально, - заметил я, - понять можно.

– Да, но иногда бывают и промашки. Скажи "цыц"!

Бум, бум, бум - среагировал робот.

– Hо зачем ему говорить "цыц"?

– Это я так, к примеру.

– Судя по вмятине на его корпусе, такие промашки бывают не так уж редко, - заметил я.

9

– Очко!
– я бросил карты на стол и с гордостью взглянул на Дидата.

Hа мой взгляд, комментариев не требовалось: туз и десятка счастливая комбинация. Hо Дидат был со мной не согласен.

– Извини, приятель, - сказал он вкрадчиво, - но я ведь дал тебе три карты!